«Когда мы перестаем играть, наш мозг начинает чахнуть»
Анна Кулецкая — о забавах, которые полезны для организма
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
Многие думают, что качели, резиночки, казаки-разбойники и прочие забавы — это детская привилегия, а серьезность — признак зрелости. Но нейробиологи не раз доказывали: когда мы перестаем играть, наш мозг начинает чахнуть. Спонтанная, бесцельная активность с риском и новизной — один из главных элементов нейропластичности. Мы отключаем контроль и просто возимся, дразнимся, следуем нелепым правилам, а потом сразу их нарушаем. Дофаминовая система поощряет исследовательское поведение, а уровень кортизола падает быстрее, чем после любой медитации.
Но мы упорно заменяем это на «полезные» активности, убивая главный ингредиент — свободу. Датские ученые обратились с вопросом «Что такое хорошая игра?» к самому проверенному источнику — детям. Они опросили сотни школьников и выявили семь факторов, которые делают игровой опыт качественным.
Среди них: чувство общности, способность творить, доступность и даже возможность пошалить. Но два пункта оказались самыми важными. Первый — это «странное и неуловимое чувство игры». Дети описывают его как момент, когда все «идеально» или когда «я просто смеюсь». Другими словами, окружающий мир растворяется, время перестает существовать, и ты ощущаешь себя в моменте. А второй пункт — нарушение правил. Для многих респондентов возможность оторваться по полной и сделать что-то наперекор канонам — это то, что превращает игру в магию.
А вот помешать всему могут взрослые. Например, когда родители или педагог начинают организовывать хаотичный процесс, объяснять, как надо, или пытаются приобщить одного ребенка к игре других. Ученые добавляют, что им меньше всего хочется, чтобы эту научную работу использовали для составления каких-то правил. А вот список игр, полезных для взрослого мозга, обширен. Например, в прошлом году исследователи выяснили, что Super Mario Bros. и другие аркады 80-х могут спасти от выгорания.