Реклама в «Ъ» www.kommersant.ru/ad
Реклама в «Ъ» www.kommersant.ru/ad
Коммерсантъ FM
Предыдущая страница
Следующая страница

«Если у человека нет памяти — он овощ»

Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский о восстановлении памятников, передаче церковных реликвий и кадровой политике в культурных институциях

Параллельно с серией передач РПЦ древних икон из собрания Третьяковской галереи (2023 год — «Троица» Рублева, 2026 год — «Богоматерь Владимирская» и «Богоматерь Донская») развивается резонансная история перемещения в церковь памятника из собрания Государственного Эрмитажа. Барочная серебряная гробница Александра Невского в 2023 году была после многолетней дискуссии передана Александро-Невской лавре, в обозримом будущем она должна быть установлена в Троицком соборе монастыря. Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский рассказал “Ъ” о текущей судьбе памятника, о правильных и неверных подходах к реституции в современном мире, о законодательном подходе к охране культурных ценностей, а также о том, почему руководитель крупного музея должен быть прежде всего ученым.

Михаил Пиотровский

Михаил Пиотровский

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

Михаил Пиотровский

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

— Президент России недавно поставил задачу к 2030 году восстановить не менее тысячи объектов культурного наследия и встроить сопровождение таких проектов в региональный инвестиционный стандарт. Задача по восстановлению тысячи объектов за пять лет выглядит амбициозной. Не приведет ли погоня за количеством к снижению качества реставрационных работ и утрате исторической достоверности?

— Сейчас идет большая борьба вокруг закона об охране культурного наследия. Я многократно выступал по этому поводу. Разумеется, Эрмитаж является не только экспертом в таких вещах, но и экспертом, воюющим в законодательной сфере. Но вот пока успех, скажем так, переменный.

В какой-то мере мне удалось сохранить целый ряд таких «тормозов», которые останавливают банальную монетизацию культурного наследия.

Очень важно, чтобы вот эта тысяча памятников числилась именно как памятники, за которыми надо следить, чтобы они не выпадали из контекста. Потому что существует такая тенденция: это отодвинем, поменяем предмет охраны, уберем памятник из регионального, районного, городского значения и так далее. Надо сделать так, чтобы этого не происходило. Чтобы этот утвержденный список памятников оставался неизменным. Защита памятника — это не просто приспособление его к чему-то, что было бы всем было удобно, а чтобы «память стен», которая в нем есть, сохранялась и передавалась людям.

— Конечно, надо ставить большие задачи и надо жестко за всем этим следить. Восстанавливать должны люди, которые эти памятники приобретут. Разумеется, они заплатили за это деньги и тоже должны будут иметь для себя какую-то выгоду. Вот и нужно создать такую культуру, при которой эти два вектора совпадут, а это довольно трудно сделать. Поэтому нужно форматировать некую новую культуру и подготовить новое поколение людей, которые будут как защищать памятники, так и просто понимать, что это такое — памятники культуры. В этом, к примеру, как раз задача нашего сотрудничества с Европейским университетом в Санкт-Петербурге, где мы, Эрмитаж, вместе с руководством образовательного учреждения создали Школу искусств и культурного наследия. Мы в Эрмитаже не можем заниматься преподаванием. А вот Школа искусств должна будет выработать не просто схемы, но и новую культуру, и новое поколение людей, которые эту культуру будут нести. Это важнейшая цель, которую, в общем, легко сформулировать, да трудно достичь.

— Многие усадьбы и исторические здания, которые находятся в регионах, уже десятилетиями пребывают в руинах. Кто, по вашему мнению, должен стать основным драйвером их восстановления — частный бизнес, региональные или федеральные власти или музеи, способные обеспечить надлежащий уровень сохранности?

— Основными организаторами, конечно, должны быть власти. Это одна из главных их задач. Память — это самое главное, что у нас есть. Если у человека нет памяти — он овощ. Если у нации нет памяти — она тоже вроде овоща.

Поэтому историческая память — это важнейшая политическая задача, все остальное — чепуха по сравнению с этим.

Историческую память составляет культурный код города, нации, деревни, всего остального. Где-то (на территории культурных объектов.— “Ъ”) нужно кафе, где-то не нужно, где-то нужен магазин, а где-то не нужен, где-то нужны монастырь, церковь, а где-то нет. По такой схеме, наверное, и нужно идти, и власти должны быть здесь главными. Но они, безусловно, должны все время советоваться с культурной общественностью, то есть с теми же музеями и университетами. Должно быть постоянное обсуждение. Пока это все у нас в стране частично есть, и ради справедливости надо сказать, что этого больше, чем в некоторых других странах.

— К вопросу о памятниках, а в каком техническом состоянии сейчас находятся исторические помещения, скажем, Зимнего дворца?

— В отличном состоянии, потому что мы всем этим занимаемся ежедневно. Эрмитаж — пример того, как на практике сохранять и использовать памятники. Живой пример — особняк Серебряковой, в котором находится Европейский университет. Там студенты могут не только изучать, каким образом этот особняк построили, но и как такое место можно использовать не просто для чего-то хорошего, а сделать так, чтобы оно было максимально открытым для города.

Мы собираемся построить в Старой Деревне (район Санкт-Петербурга.— “Ъ”), где у нас уже, собственно, создан комплекс «второго Эрмитажа», здание, которое условно называем библиотекой, но где также будут и выставочные залы, музей костюма, музей фрески.

В какой-то степени такие пространства комплекса становятся пространствами уличными. Как, например, Дворцовая площадь. Здесь у нас в Эрмитаже на первом этаже есть территория, которая также открыта для всех.

— В 2023 году серебряная рака Александра Невского была передана Русской православной церкви (РПЦ). Мониторят ли сотрудники Эрмитажа ее состояние?

— Рака святого Александра Невского, монументальное украшение гробницы князя, передана на временное хранение в Александро-Невскую лавру на 49 лет. Смысл этой передачи в том, чтобы мощи святого объединились с гробницей. Что касается мониторинга, каждое утро я получаю доклад службы безопасности и также отдельный доклад о состоянии климата в Благовещенской церкви лавры (где временно находится серебряная рака.— “Ъ”) и — для параллели — о состоянии климата в Александровском зале Зимнего дворца, где тоже хранится серебро. Постоянно идет слежение. В Благовещенской церкви организованы кондиционирование и схема связи, по которой мы постоянно находимся в контакте. Мы в очень хорошем контакте с лаврой. Пока, надо сказать, все более или менее нормально.

— По вашим прогнозам, когда будет рака перемещена на историческое место — в Троицкий собор Александро-Невской лавры, который пока что на реставрации?

— Не надо в этом вопросе никаких прогнозов. Когда надо будет, тогда и перенесем. Тут торопиться не стоит. Надо, чтобы Троицкая церковь была хорошо отреставрирована и чтобы там был нормальный климат. Он важен не только для надгробия, но и для людей, для картин, которые всегда там висели. Во время реставрации предстоит решить очень сложные проблемы. Для того чтобы создать в зале Зимнего дворца, где стояла рака, блестящие климатические условия, нам понадобилась пара десятилетий после войны. Тогда действительно было очень много сделано. В Троицком соборе громадные пространства: создавать нужный климат очень трудно, но я думаю, что совместно мы сможем все это сделать. Главный принцип — не торопиться. Сроки должны быть, но торопиться не надо. «Немедленно это, немедленно то» — это управленческий язык. А гуманитарный язык — лучше не навредить. Или постараться не навредить.

— Можно ли сравнить опыт Эрмитажа с передачей раки и опыт Третьяковской галереи с передачей РПЦ сначала «Троицы» Андрея Рублева, а теперь «Богоматери Владимирской» и «Богоматери Донской»? Можно ли было, на ваш взгляд, прийти к альтернативному решению, более благоприятному для шедевров?

— Я не комментирую деятельность других музеев, моих коллег. Каждый случай — совершенно отдельный, и с «Троицей» Рублева особая история. Как я уже сказал, наша гробница соединилась с мощами. Это нормально. Мы, собственно, передали раку, потому что стало ясно, что сейчас в обществе ритуальное значение важнее, чем художественное. Большая часть общества стоит в очереди, чтобы прикоснуться к Поясу Богородицы. Такова наша реальность. В течение многих лет Эрмитаж выстроил с РПЦ стиль общения, основанный на доброй воле. У нас в свое время было огромное совместное интервью с владыкой Назарием, наместником Александро-Невской лавры. Мы обсуждали все эти вопросы еще тогда, когда они остро не стояли. Я был на одной позиции, он — на другой, но все равно это был постоянный диалог с взаимным уважением. Так не всегда бывает. Мы понимаем, что у нас разные подходы — музейный и церковный. Но надо искать схождения.

— В конце прошлого года в России вышла книга Джеральдин Норман «Отстаньте от искусства», посвященная проблемам реституции. Вы написали к ней предисловие. Как, на ваш взгляд, нужно решать вопросы реституции, чтобы найти компромисс? Или он невозможен?

— В вопросе реституции тоже надо разбирать каждый случай отдельно. В моем предисловии к этой книжке описаны конкретные случаи. У Эрмитажа большой опыт разного типа решения реституционных вопросов. Мое предисловие называется «Закройте ящик Пандоры» — главное, не надо торопиться и изображать борьбу за справедливость, а надо думать о задачах культуры и о сложившейся культурной обстановке в мире. Мировая культура состоит из того, что памятники так распределены, по-разному: где-то в музеях, где-то в другом месте. Когда памятник один сам по себе — это туристический объект. И важно различать туристическую экзотику, туристическое значение памятников и общекультурное, которое делает их частью мировой культуры. В целом книжка Джеральдин Норман замечательная! Она про то, что все крупные музеи мира состоят из вещей, вырванных из контекста, скажем так, привезенных, собранных. Без этих вещей данные музеи перестанут существовать. Из этого надо исходить. Поэтому ситуацию нужно оставить в покое.

Тем более что давно есть законы, которые препятствуют дальнейшему перемещению вещей. Сначала мы писали эту книжку вместе, но потом мы договорились, что я выхожу из данного проекта, потому что с моей фамилией ее бы не напечатали на Западе. Но оказалось, что и с ее (Джеральдин Норман) фамилией тоже не напечатают, потому что вопросы о реституции и ее пользе с точки зрения культуры, а не с точки зрения деколонизационного интереса не годятся и поднимаемую проблематику никто печатать не будет. Джеральдин — блестящий журналист. Но сейчас в моде политкорректность в этом вопросе.

Вся эта деколонизационная история очень печальная, потому что это такой примитивный подход — исправление плохого с помощью какого-то обратного хода.

Этот обратный ход — абсолютно неправильная схема. У нас в России, в Советском Союзе, есть блестящий пример деколонизации совершенно другого типа. После революции мы объявили: империя была «тюрьмой народов» и все такое. Да, некоторые памятники уничтожали, но был и следующий этап — возвеличивание той культуры, которая была угнетена. Тогда появились эти памятники, Шота Руставели, Давид Сасунский, тогда возник отдел Востока в Эрмитаже. Это была мощная кампания, мировая. Это делалось, чтобы исправить некую несправедливость, превознести тех, кого мы забывали, и действительно показать насколько они велики. А не начинать перетягивать одеяло: «это мое», «это твое», «это я дурак», «ты дурак». Это ни к чему хорошему не приведет. Так что книжка Джеральдин вышла, но дискуссии будут продолжаться. Опять же каждый случай индивидуальный. Надо учитывать все. Простой справедливости на все случаи не существует.

Вещи, находящиеся в музее, всегда вырваны из контекста, и возвращение их в контекст может перестать делать их объектом культуры.

Мы знаем, что вещи, которые реституируются, уходят либо в ритуал, либо на аукцион и потом в частные коллекции, уходя тем самым из общественного достояния.

— Не можем не спросить о судьбе задержанного в Польше археолога и сотрудника Эрмитажа Александра Бутягина. Скажите, международное музейное сообщество как-то отреагировало на эту историю?

— Идет юридический процесс, и мы даем ему возможность завершиться. Поэтому мы делаем все, что можем. Мы разговариваем с международной общественностью. Посмотрим, как себя проявит польская юстиция.

— Были сообщения, что консульство России в Польше наладило переписку с Александром Бутягиным. А был ли доступ к нему у дипломатических работников?

— Был всегда. С самого начала у посольства был доступ. С самого первого дня посольство России в Польше принимает участие во всех юридических действиях и общается и с Бутягиным, и с польскими властями.

— В феврале этого года худрук Мариинского театра Валерий Гергиев на встрече с Владимиром Путиным предложил создать в Москве и Петербурге «Культурные кварталы» по примеру Линкольн-центра и Кеннеди-центра в Нью-Йорке и Вашингтоне. Как вам эта идея? Может быть, вы знаете подробности этого проекта?

— Идея нормальная, существуют музейные мили, культурные кварталы. В Петербурге музеи и культурные учреждения являются градообразующими. Эрмитаж вдвойне градообразующий. После того как столица переехала в Москву, мы здесь сохраняем столичные функции. Дворцовая площадь и все прилегающее пространство должны находиться под контролем Эрмитажа — это получается лишь частично, но все равно присутствует в какой-то форме. Через Дворцовый мост у нас расположен государственный университет, с которым мы составляем некое единство. В Старой Деревне у нас тоже полноценный Эрмитаж, десять зданий, открытые для посещения хранилища, там проходят общественные мероприятия, есть лектории и все остальное.

Чтобы спасти центр Петербурга, надо построить второй Петербург.

Это известная вещь, ее много раз пытались делать архитекторы, спасая город. И сейчас «второй Петербург» вроде бы как образуется вокруг «Лахты» (квартал, где построен небоскреб и запланировано строительство еще двух.— “Ъ”). По нашей инициативе там планируется строительство столпа или колонны памяти Петра Великого и его победе в Северной войне. Это мы придумали, предложили сделать, и «Газпром» согласился. Мы сейчас участвуем в создании этого «второго Петербурга». Работаем и с градостроителями, и с урбанистами. Мы собираемся инкорпорировать туда культурные учреждения, что вполне возможно. Есть другой опыт — опыт кластеров. То, что делается во Владивостоке, в Калининграде. В Крыму пошли немного по другому пути. Сейчас самая большая активность во Владивостоке, где строятся филиалы и Вагановского училища, и Мариинского театра, и центр для Эрмитажа и Третьяковской галереи, и все остальное. Тоже такой вот культурный очаг. Ничего более потрясающего, чем улица Росси с училищем Вагановой, театральным музеем, Александринским театром, нигде в мире нет! И никакие Кеннеди-центры тут никому не нужны. Вот эту традицию надо всячески развивать. Валерий Абисалович любит концентрировать все вокруг, и у него это получается. Нужны энергия и очень большое внутреннее желание. Но каждый случай, связанный с памятниками, абсолютно индивидуален. Нужно всегда решать индивидуально, что это будет.

— В прошлом году, говоря о кадровой политике в музейном деле, вы отмечали необходимость преемственности. Что вы вкладываете в эти слова? Означает ли это, что руководитель того или иного музея должен быть назначен из числа достойных действующих сотрудников, а не быть «варягом»?

— Варягов приглашать можно, потому что, как известно, благодаря варягам и возникло русское государство. На самом деле, и «варяги» должны встроиться в существующую традицию. Когда-то же монголы, которые пришли в Иран, встроились в иранскую культурную традицию. Встроились так, что через сто лет все пошло нормально и они стали продолжателями иранской традиции. Ну, это к слову. Безусловно, всякий человек, назначаемый, должен учитывать существующую музейную традицию.

Музей — не завод по производству дронов, понимаете?

Он должен продолжать традицию. Дроны меняются, сегодня самолеты, завтра пушки. Музей не меняется. Эрмитаж ценен тем, что у него есть традиция. Но для того, чтобы все это сохранить, нужно быть современнейшим музеем со всеми вытекающими. Руководитель может быть назначен из числа сотрудников самого музея, либо это могут быть пришедшие со стороны в данный музей люди. Но они в любом случае должны быть пригодны к тому, чтобы оценить музейную и культурную традиции.

Если по-простому, для таких больших музеев, как Эрмитаж, директор должен быть ученым. Ученый может стать управленцем, управленец не может стать ученым!

А для принятия управленческих решений должны быть учтены интересы науки и культуры. Они должны быть впереди всех других, должны определять любые управленческие решения. Тогда не будет погони за бесконечным количеством людей, которые стаптывают полы, не будет погони за получением дохода любым способом. Должны быть те самые «тормоза». А они есть у людей, которые имеют опыт жизни в культуре.

Мы составили национальную программу развития музеев. Кадровый вопрос мы обсуждали и сейчас будем обсуждать в Екатеринбурге на президиуме Союза музеев, как измерять эффективность работы музеев. На этом строится кадровая политика. И то, о чем мы все время говорим: люди должны назначаться на должность не на один год, полтора, а на достаточный срок — три-четыре года. Это срок, через который человек может воспринять традицию, которая в институции существует. А когда всего один год, то никакой традиции: человек пришел и будет это делать, ломая все через колено. Поэтому нужны неспешность и индивидуальный подход. Ничего другого нет.

Беседовали Андрей Кучеров и Андрей Ершов

Фотогалерея

История Эрмитажа

Предыдущая фотография
Зимний дворец в Санкт-Петербурге — бывшая императорская резиденция, ныне входит в состав Государственного Эрмитажа

Зимний дворец в Санкт-Петербурге — бывшая императорская резиденция, ныне входит в состав Государственного Эрмитажа

Фото: Коммерсантъ / Майя Жинкина

В 1764 году российская казна получила от берлинского коммерсанта Иоганна Гоцковского долг не деньгами, а коллекцией из 225 картин. Эти полотна, прибывшие в Петербург, императрица Екатерина II с готовностью приняла. Для просвещенной государыни, ведущей переписку с Вольтером и Дидро, коллекционирование стало важной частью имиджа европейского монарха. С этого скромного, по будущим меркам, собрания началась ее «охота за шедеврами», превратившая частный кабинет редкостей в одну из величайших сокровищниц мира

В 1764 году российская казна получила от берлинского коммерсанта Иоганна Гоцковского долг не деньгами, а коллекцией из 225 картин. Эти полотна, прибывшие в Петербург, императрица Екатерина II с готовностью приняла. Для просвещенной государыни, ведущей переписку с Вольтером и Дидро, коллекционирование стало важной частью имиджа европейского монарха. С этого скромного, по будущим меркам, собрания началась ее «охота за шедеврами», превратившая частный кабинет редкостей в одну из величайших сокровищниц мира

Фото: Екатерина Калиновская

Одна из картин Иоганна Эрнста Гоцковского. Гоцковский был крупнейшим берлинским коммерсантом и банкиром, связанным с прусским королем Фридрихом II. В результате Семилетней войны он оказался в отчаянном положении: задолжал огромную сумму кредиторам, главным из которых (косвенно) была российская казна. Вместо требования денег, которых у Гоцковского не было, вступившая на престол Екатерина II пошла на бартер и получила в итоге коллекцию. Таким образом, первая коллекция Эрмитажа — это не трофей и не подарок, а исторический компромисс

Одна из картин Иоганна Эрнста Гоцковского. Гоцковский был крупнейшим берлинским коммерсантом и банкиром, связанным с прусским королем Фридрихом II. В результате Семилетней войны он оказался в отчаянном положении: задолжал огромную сумму кредиторам, главным из которых (косвенно) была российская казна. Вместо требования денег, которых у Гоцковского не было, вступившая на престол Екатерина II пошла на бартер и получила в итоге коллекцию. Таким образом, первая коллекция Эрмитажа — это не трофей и не подарок, а исторический компромисс

Фото: Государственный Эрмитаж

Самым первым зданием, с которого Эрмитаж начался именно как музей, был Малый Эрмитаж. Зимний дворец, построенный Растрелли для Елизаветы Петровны, изначально был исключительно императорской резиденцией. Картины и коллекции там хранились в личных апартаментах, это была не сокровищница. Поэтому исторически Зимний стал частью Эрмитажа позже. Малый Эрмитаж же был специально построен по приказу Екатерины II для размещения ее быстрорастущей коллекции. Старый (Большой) Эрмитаж (1771–1787) построен следом, когда коллекции перестало хватать места в Малом. Эрмитажный театр (1783–1787) завершил первоначальный ансамбль

Самым первым зданием, с которого Эрмитаж начался именно как музей, был Малый Эрмитаж. Зимний дворец, построенный Растрелли для Елизаветы Петровны, изначально был исключительно императорской резиденцией. Картины и коллекции там хранились в личных апартаментах, это была не сокровищница. Поэтому исторически Зимний стал частью Эрмитажа позже. Малый Эрмитаж же был специально построен по приказу Екатерины II для размещения ее быстрорастущей коллекции. Старый (Большой) Эрмитаж (1771–1787) построен следом, когда коллекции перестало хватать места в Малом. Эрмитажный театр (1783–1787) завершил первоначальный ансамбль

Фото: Петр Ковалев / ТАСС

Екатерина II покупала не отдельные картины, а целые прославленные коллекции. Ключевыми «трофеями» стали собрания европейской знати. В 1769 году была приобретена коллекция саксонского министра графа Генриха фон Брюля, богатая голландской и фламандской живописью. На фото — «Апостолы Павел и Варнава в Листре» Якоба Йорданса

Екатерина II покупала не отдельные картины, а целые прославленные коллекции. Ключевыми «трофеями» стали собрания европейской знати. В 1769 году была приобретена коллекция саксонского министра графа Генриха фон Брюля, богатая голландской и фламандской живописью. На фото — «Апостолы Павел и Варнава в Листре» Якоба Йорданса

Фото: Государственный Эрмитаж

В 1772 году последовала громкая покупка в Париже — коллекция банкира, первого королевского казначея Пьера Кроза. Картина Рубенса «Вакх» (на фото) — один из ярчайших примеров фламандской живописи из собрания Кроза, образец блестящего барокко

В 1772 году последовала громкая покупка в Париже — коллекция банкира, первого королевского казначея Пьера Кроза. Картина Рубенса «Вакх» (на фото) — один из ярчайших примеров фламандской живописи из собрания Кроза, образец блестящего барокко

Фото: Государственный Эрмитаж

Собрание Кроза считалось одним из лучших в Европе. Оно включало ядро будущей эрмитажной славы: «Святое Семейство» Рафаэля, картины Тициана и шедевры Рембрандта. На фото — «Даная» последнего. К концу царствования императрицы ее частное собрание, начавшееся со 225 картин, насчитывало около 4000 полотен и тоже уверенно вошло в число величайших в Европе

Собрание Кроза считалось одним из лучших в Европе. Оно включало ядро будущей эрмитажной славы: «Святое Семейство» Рафаэля, картины Тициана и шедевры Рембрандта. На фото — «Даная» последнего. К концу царствования императрицы ее частное собрание, начавшееся со 225 картин, насчитывало около 4000 полотен и тоже уверенно вошло в число величайших в Европе

Фото: Государственный Эрмитаж

Новый Эрмитаж (1842–1851) — первое в России здание, изначально спроектированное как публичный музей (его и охраняют атланты). К середине XIX века разросшиеся императорские коллекции уже не помещались в старых зданиях. Николай I принял решение превратить закрытую сокровищницу в общедоступный национальный музей. Проектом занимался баварский архитектор Лео фон Кленце. Двери первого публичного музея России официально открылись 5 февраля 1852 года. Здесь впервые появились нумерованные залы с табличками, специальные отделы, внутреннее убранство (росписи, мозаичные полы, мебель)

Новый Эрмитаж (1842–1851) — первое в России здание, изначально спроектированное как публичный музей (его и охраняют атланты). К середине XIX века разросшиеся императорские коллекции уже не помещались в старых зданиях. Николай I принял решение превратить закрытую сокровищницу в общедоступный национальный музей. Проектом занимался баварский архитектор Лео фон Кленце. Двери первого публичного музея России официально открылись 5 февраля 1852 года. Здесь впервые появились нумерованные залы с табличками, специальные отделы, внутреннее убранство (росписи, мозаичные полы, мебель)

Фото: Государственный Эрмитаж

Постоянный билет для входа в Императорский Эрмитаж и галереи Петра I, 1860-е годы. Подписан обер-гофмаршалом графом Шуваловым. Подобные билеты были платными и давали владельцу право на неоднократное посещение Эрмитажа и галереи Петра (которые тогда находилась в здании Кунсткамеры и где были выставлены личные вещи императора). Вероятно, появление билета свидетельствовало о том, что Эрмитаж стал восприниматься как рабочий институт культуры и образовательный центр, где можно проводить время регулярно

Постоянный билет для входа в Императорский Эрмитаж и галереи Петра I, 1860-е годы. Подписан обер-гофмаршалом графом Шуваловым. Подобные билеты были платными и давали владельцу право на неоднократное посещение Эрмитажа и галереи Петра (которые тогда находилась в здании Кунсткамеры и где были выставлены личные вещи императора). Вероятно, появление билета свидетельствовало о том, что Эрмитаж стал восприниматься как рабочий институт культуры и образовательный центр, где можно проводить время регулярно

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

Идея украсить крыльцо Эрмитажа атлантами принадлежит архитектору Лео фон Кленце. Фигуры изготавливали в течение двух лет около 150 камнетесов. Атлантов установили в 1848 году, за четыре года до завершения строительства Нового Эрмитажа. Они обросли множеством легенд. Так, например, некоторые верят, что у крайнего правого атланта нужно загадывать желания. Кроме того, ежедневно у ног этих гигантов можно встретить молодоженов, для которых тоже существует «обряд»

Идея украсить крыльцо Эрмитажа атлантами принадлежит архитектору Лео фон Кленце. Фигуры изготавливали в течение двух лет около 150 камнетесов. Атлантов установили в 1848 году, за четыре года до завершения строительства Нового Эрмитажа. Они обросли множеством легенд. Так, например, некоторые верят, что у крайнего правого атланта нужно загадывать желания. Кроме того, ежедневно у ног этих гигантов можно встретить молодоженов, для которых тоже существует «обряд»

Фото: Коммерсантъ / Сергей Семенов  /  купить фото

Коллекция постепенно расширяется. Приобретаются не только картины, но и древности. В 1861 году музей покупает римскую коллекцию маркиза Кампаны, включая знаменитые античные вазы и скульптуры. Так в Эрмитаж попала древнеримская статуя Юпитера (на фото) I века

Коллекция постепенно расширяется. Приобретаются не только картины, но и древности. В 1861 году музей покупает римскую коллекцию маркиза Кампаны, включая знаменитые античные вазы и скульптуры. Так в Эрмитаж попала древнеримская статуя Юпитера (на фото) I века

Фото: Государственный Эрмитаж

Появляются первые археологические находки из Южной России: в музей хлынули экспонаты с раскопок курганов в Причерноморье и Крыму. Это было знаменитое скифское золото — шедевры древних кочевников, созданные в звериной манере. Среди них бляха — украшение горита в виде оленя с подогнутыми ногами (VII в. до н. э.). Ее нашли в Закубанье (станица Костромская). Эти сокровища сделали Эрмитаж мировым центром по изучению скифской культуры

Появляются первые археологические находки из Южной России: в музей хлынули экспонаты с раскопок курганов в Причерноморье и Крыму. Это было знаменитое скифское золото — шедевры древних кочевников, созданные в звериной манере. Среди них бляха — украшение горита в виде оленя с подогнутыми ногами (VII в. до н. э.). Ее нашли в Закубанье (станица Костромская). Эти сокровища сделали Эрмитаж мировым центром по изучению скифской культуры

Фото: Государственный Эрмитаж

На фото — первая официальная манифестация 1 мая (18 апреля по старому стилю) 1917 года при новом, Временном правительстве. С началом Февральской революции и падением монархии Зимний дворец, где все еще располагались некоторые покои царской семьи, немедленно оказался в эпицентре событий

На фото — первая официальная манифестация 1 мая (18 апреля по старому стилю) 1917 года при новом, Временном правительстве. С началом Февральской революции и падением монархии Зимний дворец, где все еще располагались некоторые покои царской семьи, немедленно оказался в эпицентре событий

Фото: Карл Булла / pastvu.com

Всего через полгода после падения монархии Зимний дворец еще не был музеем, а служил резиденцией нового правительства. Знаменитый малахитовый зал дворца был залом заседаний Временного правительства

Всего через полгода после падения монархии Зимний дворец еще не был музеем, а служил резиденцией нового правительства. Знаменитый малахитовый зал дворца был залом заседаний Временного правительства

Фото: Карл Кубеш / pastvu.com

Министр-председатель Временного правительства Александр Керенский летом 1917 года в своем кабинете в Зимнем дворце

Министр-председатель Временного правительства Александр Керенский летом 1917 года в своем кабинете в Зимнем дворце

Фото: Wikimedia / автор неизвестен

Для сотрудников Эрмитажа это было время тревожной неопределенности и активных действий: они уже работали над спасением коллекции от возможного хаоса и составляли описи. Они в буквальном смысле опечатали двери и переходы, ведущие из музейных залов в жилые покои дворца, чтобы предотвратить возможные грабежи и повреждения

Для сотрудников Эрмитажа это было время тревожной неопределенности и активных действий: они уже работали над спасением коллекции от возможного хаоса и составляли описи. Они в буквальном смысле опечатали двери и переходы, ведущие из музейных залов в жилые покои дворца, чтобы предотвратить возможные грабежи и повреждения

Фото: Государственный Эрмитаж

Во время вооруженного восстания в октябре Зимний дворец (резиденция правительства) был взят, а Эрмитаж (музей) — нет. Это принципиально важное различие. При этом существовала опасность «революционного вандализма»: некоторые радикальные группы большевиков высказывали предложения уничтожить «дворянское искусство». На фото — женский батальон смерти на Дворцовой площади (Петроград, 1917 год)

Во время вооруженного восстания в октябре Зимний дворец (резиденция правительства) был взят, а Эрмитаж (музей) — нет. Это принципиально важное различие. При этом существовала опасность «революционного вандализма»: некоторые радикальные группы большевиков высказывали предложения уничтожить «дворянское искусство». На фото — женский батальон смерти на Дворцовой площади (Петроград, 1917 год)

Фото: Государственный Эрмитаж

Зал 395 Зимнего дворца после штурма. Хоть и существует легенда о разграблении шедевров, на деле большевики штурмовали жилые и правительственные помещения дворца. Тем не менее жилые части (где были предметы дворцовой обстановки, интерьеры, исторические реликвии), которые революционеры не жалели, сейчас являются художественными ценностями и предметами эпохи. Были разбиты вазы, зеркала, повреждена мебель, разграблены винные погреба и т. д.

Зал 395 Зимнего дворца после штурма. Хоть и существует легенда о разграблении шедевров, на деле большевики штурмовали жилые и правительственные помещения дворца. Тем не менее жилые части (где были предметы дворцовой обстановки, интерьеры, исторические реликвии), которые революционеры не жалели, сейчас являются художественными ценностями и предметами эпохи. Были разбиты вазы, зеркала, повреждена мебель, разграблены винные погреба и т. д.

Фото: Карл Кубеш / Государственный Эрмитаж

Афиша Первой выставки художественных произведений Эрмитажа в 1920 году

Афиша Первой выставки художественных произведений Эрмитажа в 1920 году

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

На репродукции акварели Луиджи Премацци изображен кабинет императрицы Марии Александровны. Так выглядел Зимний дворец до «большой распродажи». В глубине зала можно разглядеть «Мадонну Альба» Рафаэля. Однако с конца 20-х годов прошлого века советская власть начала распродавать сокровища из собрания Эрмитажа европейским магнатам. В результате музей лишился значительной части своего собрания и утратил произведения, украшающие сегодня крупнейшие галереи мира

На репродукции акварели Луиджи Премацци изображен кабинет императрицы Марии Александровны. Так выглядел Зимний дворец до «большой распродажи». В глубине зала можно разглядеть «Мадонну Альба» Рафаэля. Однако с конца 20-х годов прошлого века советская власть начала распродавать сокровища из собрания Эрмитажа европейским магнатам. В результате музей лишился значительной части своего собрания и утратил произведения, украшающие сегодня крупнейшие галереи мира

Фото: Государственный Эрмитаж

«Мадонна Альба» Рафаэля. Продана Правительством СССР в апреле 1931 года через Берлинскую галерею Маттизена американскому коллекционеру Эндрю У. Меллоному. Сегодня картина находится в Национальной галерее искусств в Вашингтоне

«Мадонна Альба» Рафаэля. Продана Правительством СССР в апреле 1931 года через Берлинскую галерею Маттизена американскому коллекционеру Эндрю У. Меллоному. Сегодня картина находится в Национальной галерее искусств в Вашингтоне

Фото: Sailko / Wikimedia

Впрочем, несмотря на продажу части коллекции Эрмитажа, количество художественных ценностей в нем росло. После Октябрьской революции власть объявила имущество аристократов, купцов-меценатов и промышленников собственностью государства. Так из ликвидированных особняков и усадеб в музей попали произведения искусства, ранее принадлежавшие известным семьям империи. Скульптурная группа «Амур и Психея» создана в первой трети XVII века из слоновой кости. Ее коммунисты забрали из семейной коллекции Юсуповых

Впрочем, несмотря на продажу части коллекции Эрмитажа, количество художественных ценностей в нем росло. После Октябрьской революции власть объявила имущество аристократов, купцов-меценатов и промышленников собственностью государства. Так из ликвидированных особняков и усадеб в музей попали произведения искусства, ранее принадлежавшие известным семьям империи. Скульптурная группа «Амур и Психея» создана в первой трети XVII века из слоновой кости. Ее коммунисты забрали из семейной коллекции Юсуповых

Фото: Государственный Эрмитаж

После революции и Гражданской войны Средневековье, рыцарские романы, тема благородных воинов и богатырей переживали огромный культурный ренессанс в массовом сознании. Это отражалось в литературе, кино (например, «Александр Невский» Эйзенштейна, 1938). Эрмитаж сыграл на этом искреннем интересе и организовал Зал доспехов. Выставка была способом привлечь публику в условиях необходимости самоокупаемости и просуществовала примерно до 1938-го

После революции и Гражданской войны Средневековье, рыцарские романы, тема благородных воинов и богатырей переживали огромный культурный ренессанс в массовом сознании. Это отражалось в литературе, кино (например, «Александр Невский» Эйзенштейна, 1938). Эрмитаж сыграл на этом искреннем интересе и организовал Зал доспехов. Выставка была способом привлечь публику в условиях необходимости самоокупаемости и просуществовала примерно до 1938-го

Фото: Государственный Эрмитаж

После революции Зимний дворец решили наполнить новым, «правильным» идеологическим содержанием. Так родилась идея превратить часть здания в главный в стране Музей Революции. Это была идеологическая инсталляция с работами на революционные темы. Подлинные предметы искусства были вынесены, отправлены в запасники или другие музеи, их место заняла «правильная» агитация. Музей просуществовал до 1939 года, а после войны началось восстановление исторических интерьеров дворца. Фонды и концепция этого музея были перебазированы в особняк Кшесинской

После революции Зимний дворец решили наполнить новым, «правильным» идеологическим содержанием. Так родилась идея превратить часть здания в главный в стране Музей Революции. Это была идеологическая инсталляция с работами на революционные темы. Подлинные предметы искусства были вынесены, отправлены в запасники или другие музеи, их место заняла «правильная» агитация. Музей просуществовал до 1939 года, а после войны началось восстановление исторических интерьеров дворца. Фонды и концепция этого музея были перебазированы в особняк Кшесинской

Фото: Государственный Эрмитаж

Малый итальянский просвет Нового Эрмитажа после эвакуации экспонатов музея. Начало Великой Отечественной войны существенным образом повлияло на деятельность Эрмитажа. А спасение эрмитажной коллекции во время блокады Ленинграда называют подвигом музейных сотрудников. В июле 1941 года большая часть экспонатов была вывезена двумя эшелонами через Вологду, Киров и Пермь в Свердловск

Малый итальянский просвет Нового Эрмитажа после эвакуации экспонатов музея. Начало Великой Отечественной войны существенным образом повлияло на деятельность Эрмитажа. А спасение эрмитажной коллекции во время блокады Ленинграда называют подвигом музейных сотрудников. В июле 1941 года большая часть экспонатов была вывезена двумя эшелонами через Вологду, Киров и Пермь в Свердловск

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

Ленинград в блокаде. Эрмитаж. Пострадавшая во время бомбежки статуя. Третий эшелон вывезти не успели, но сотрудники практически целиком спасли произведения искусства, сохранив их в подвалах Эрмитажа и в Исаакиевском соборе

Ленинград в блокаде. Эрмитаж. Пострадавшая во время бомбежки статуя. Третий эшелон вывезти не успели, но сотрудники практически целиком спасли произведения искусства, сохранив их в подвалах Эрмитажа и в Исаакиевском соборе

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

18 июня 1942 года во время обстрела Ленинграда каретный сарай Малого Эрмитажа был разрушен прямым попаданием немецкого снаряда. В нем хранилась коллекция придворно-конюшенного музея. Были уничтожены семь карет и два паланкина, остальные экспонаты получили серьезные повреждения

18 июня 1942 года во время обстрела Ленинграда каретный сарай Малого Эрмитажа был разрушен прямым попаданием немецкого снаряда. В нем хранилась коллекция придворно-конюшенного музея. Были уничтожены семь карет и два паланкина, остальные экспонаты получили серьезные повреждения

Фото: Михаил Величко / Российская национальная библиотека

Эрмитаж в годы блокады Ленинграда, подготовка к выставке. Справа на фото искусствовед Михаил Васильевич Доброклонский, который в годы войны исполнял обязанности директора музея и сохранил оставшиеся коллекции в условиях блокады, голода и холода. Первым шагом к возрождению Эрмитажа стал Павильонный зал и галереи Висячего сада: именно здесь к ноябрю 1944 года решили открыть выставку сокровищ, переживших блокаду в осажденном городе. Команде предстояло вывезти десятки кубометров песка, отполировать полы, вставить выбитые стекла, привести в порядок люстры. Усилия оправдались: выставка, открытая в ноябре 1944-го, стала праздником для всех, кто ее создавал и посещал. За девять месяцев на выставке побывали почти 30 тыс. человек

Эрмитаж в годы блокады Ленинграда, подготовка к выставке. Справа на фото искусствовед Михаил Васильевич Доброклонский, который в годы войны исполнял обязанности директора музея и сохранил оставшиеся коллекции в условиях блокады, голода и холода. Первым шагом к возрождению Эрмитажа стал Павильонный зал и галереи Висячего сада: именно здесь к ноябрю 1944 года решили открыть выставку сокровищ, переживших блокаду в осажденном городе. Команде предстояло вывезти десятки кубометров песка, отполировать полы, вставить выбитые стекла, привести в порядок люстры. Усилия оправдались: выставка, открытая в ноябре 1944-го, стала праздником для всех, кто ее создавал и посещал. За девять месяцев на выставке побывали почти 30 тыс. человек

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

Для подготовки к этой выставке из эвакуации вернулся директор Эрмитажа Иосиф Орбели. Начав работу в музее в 1920 году хранителем, он прошел путь до заведующего отделом искусства Востока, а в 1934-м возглавил Эрмитаж как директор. В 1941 году Орбели организовал героическую эвакуацию более миллиона экспонатов в Свердловск, а сам остался в блокадном Ленинграде, чтобы спасать оставшиеся сокровища и здание. В марте 1943-го года он все-таки эвакуировался в Ереван, откуда вернулся после прорыва блокады и продолжил руководить Эрмитажем до 1951-го

Для подготовки к этой выставке из эвакуации вернулся директор Эрмитажа Иосиф Орбели. Начав работу в музее в 1920 году хранителем, он прошел путь до заведующего отделом искусства Востока, а в 1934-м возглавил Эрмитаж как директор. В 1941 году Орбели организовал героическую эвакуацию более миллиона экспонатов в Свердловск, а сам остался в блокадном Ленинграде, чтобы спасать оставшиеся сокровища и здание. В марте 1943-го года он все-таки эвакуировался в Ереван, откуда вернулся после прорыва блокады и продолжил руководить Эрмитажем до 1951-го

Фото: Российская Академия Наук

В начале октября 1945 года началась реэвакуация экспонатов Эрмитажа из Свердловска. 10 октября первые эшелоны прибыли в Ленинград, через три дня разгрузка была завершена, а 14 октября началась развеска возвращенных картин в залах. Весь процесс реэвакуации длился несколько месяцев

В начале октября 1945 года началась реэвакуация экспонатов Эрмитажа из Свердловска. 10 октября первые эшелоны прибыли в Ленинград, через три дня разгрузка была завершена, а 14 октября началась развеска возвращенных картин в залах. Весь процесс реэвакуации длился несколько месяцев

Фото: Василий Федосеев / Государственный Эрмитаж

8 ноября 1945 года Эрмитаж открылся, посетители входили в восстановленный музей через Халтуринский подъезд, хотя портик с атлантами тогда еще не был отреставрирован

8 ноября 1945 года Эрмитаж открылся, посетители входили в восстановленный музей через Халтуринский подъезд, хотя портик с атлантами тогда еще не был отреставрирован

Фото: pastvu.com

Романовская галерея Эрмитажа, 1946 год. Возвращение экспонатов. Поэтапно для посетителей стали доступны восстановленные залы: галерея Рембрандта, Петровская и Романовская галереи

Романовская галерея Эрмитажа, 1946 год. Возвращение экспонатов. Поэтапно для посетителей стали доступны восстановленные залы: галерея Рембрандта, Петровская и Романовская галереи

Фото: Давид Трахтенберг / Harvard Library

Зал искусства Франции XVIII века, 1946 год. В 1942-м в Зимний дворец попал снаряд, который пробил потолок зала и значительно повредил интерьеры. К 7 ноября 1946 года зал был восстановлен (символическая точка открытия целого блока восстановленных залов). Среди выставляемых экспонатов в зале картины Ф. Буше, а также работы Э. М. Фальконе (среди них знаменитый «Амур»)

Зал искусства Франции XVIII века, 1946 год. В 1942-м в Зимний дворец попал снаряд, который пробил потолок зала и значительно повредил интерьеры. К 7 ноября 1946 года зал был восстановлен (символическая точка открытия целого блока восстановленных залов). Среди выставляемых экспонатов в зале картины Ф. Буше, а также работы Э. М. Фальконе (среди них знаменитый «Амур»)

Фото: Harvard Library / автор неизвестен

В 1964 году Борис Борисович Пиотровский был назначен директором Государственного Эрмитажа и на этом посту пробыл 26 лет, до 1990 года. Его эпоха стала для Эрмитажа временем «научной реставрации» и возвращения в мировое музейное сообщество. Под его началом расцвела фундаментальная научная работа: издавались многотомные каталоги, активизировались экспедиции, а хранители получили возможность глубоко изучать коллекции

В 1964 году Борис Борисович Пиотровский был назначен директором Государственного Эрмитажа и на этом посту пробыл 26 лет, до 1990 года. Его эпоха стала для Эрмитажа временем «научной реставрации» и возвращения в мировое музейное сообщество. Под его началом расцвела фундаментальная научная работа: издавались многотомные каталоги, активизировались экспедиции, а хранители получили возможность глубоко изучать коллекции

Фото: Рудольф Кучеров/РИА Новости

В сложных условиях «железного занавеса» Борису Пиотровскому удавалось укреплять международные связи. Выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона» стала сенсацией в Москве и Ленинграде. Выставка была организована в рамках Международного соглашения между СССР и Арабской Республикой Египет. Там демонстрировались артефакты, в 1922 году обнаруженные в гробнице фараона Тутанхамона археологом Говардом Картером

В сложных условиях «железного занавеса» Борису Пиотровскому удавалось укреплять международные связи. Выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона» стала сенсацией в Москве и Ленинграде. Выставка была организована в рамках Международного соглашения между СССР и Арабской Республикой Египет. Там демонстрировались артефакты, в 1922 году обнаруженные в гробнице фараона Тутанхамона археологом Говардом Картером

Фото: Валентин Черединцев / ТАСС

Всю современную историю России главой Эрмитажа является Михаил Пиотровский. С падением «железного занавеса» он продолжил дело отца — укрепление связей с западными музеями (Лувр, Метрополитен, Прадо и др.) и фондами. Выставочные центры-посольства появились в разных странах мира. С приходом цифровых технологий к ним активно подключился и Эрмитаж, несмотря на консервативный подход музейного сообщества. Сам Михаил Пиотровский неоднократно отмечал, что это помогает развивать глобальный бренд Эрмитажа, сочетая традицию со смелыми экспериментами

Всю современную историю России главой Эрмитажа является Михаил Пиотровский. С падением «железного занавеса» он продолжил дело отца — укрепление связей с западными музеями (Лувр, Метрополитен, Прадо и др.) и фондами. Выставочные центры-посольства появились в разных странах мира. С приходом цифровых технологий к ним активно подключился и Эрмитаж, несмотря на консервативный подход музейного сообщества. Сам Михаил Пиотровский неоднократно отмечал, что это помогает развивать глобальный бренд Эрмитажа, сочетая традицию со смелыми экспериментами

Фото: Коммерсантъ / Евгений Павленко

Съемки фильма «Русский ковчег» (2001) режиссёра Александра Сокурова, созданный в совместном производстве России и Германии. Его сюжет строится вокруг современного героя (от чьего лица ведётся повествование), который вместе с загадочным европейским спутником из прошлого бродит по залам Зимнего дворца, становясь свидетелем оживших исторических сцен — от времён Петра I до роскошного бала 1913 года. Вся эта призрачная фреска русской истории была снята одним непрерывным 96-минутным кадром за единственный съёмочный день 23 декабря 2001 года в реальных интерьерах Эрмитажа. Это потребовало титанической координации тысяч участников и сделало фильм техническим чудом мирового кинематографа. Российская премьера состоялась в Эрмитаже 27 мая 2002 года. В России картина вышла всего на 2 экранах, но в американском прокате фильм стал хитом

Съемки фильма «Русский ковчег» (2001) режиссёра Александра Сокурова, созданный в совместном производстве России и Германии. Его сюжет строится вокруг современного героя (от чьего лица ведётся повествование), который вместе с загадочным европейским спутником из прошлого бродит по залам Зимнего дворца, становясь свидетелем оживших исторических сцен — от времён Петра I до роскошного бала 1913 года. Вся эта призрачная фреска русской истории была снята одним непрерывным 96-минутным кадром за единственный съёмочный день 23 декабря 2001 года в реальных интерьерах Эрмитажа. Это потребовало титанической координации тысяч участников и сделало фильм техническим чудом мирового кинематографа. Российская премьера состоялась в Эрмитаже 27 мая 2002 года. В России картина вышла всего на 2 экранах, но в американском прокате фильм стал хитом

Фото: Александр Беленький

Сегодня Эрмитаж — это в том числе научный центр, оснащенный передовыми технологиями для изучения и сохранения шедевров. На фото — картина Эль Греко «Апостолы Петр и Павел» в Отделе научно-технологической экспертизы (ОНТЭ), расположенном в Запасном доме Зимнего дворца. В лабораториях ученые «просвечивают» время, то есть искусство прошлого спасают технологии будущего

Сегодня Эрмитаж — это в том числе научный центр, оснащенный передовыми технологиями для изучения и сохранения шедевров. На фото — картина Эль Греко «Апостолы Петр и Павел» в Отделе научно-технологической экспертизы (ОНТЭ), расположенном в Запасном доме Зимнего дворца. В лабораториях ученые «просвечивают» время, то есть искусство прошлого спасают технологии будущего

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

Открытие Главного штаба в 2014 году после реконструкции, пожалуй, самая значительная трансформация Эрмитажа в новейшее время. Новый корпус изменил саму суть музея. В современном пространстве регулярно проводятся временные выставки и мероприятия. На одной стороне Дворцовой площади — классическое искусство в исторических зданиях. На другой — искусство модерна и современности

Открытие Главного штаба в 2014 году после реконструкции, пожалуй, самая значительная трансформация Эрмитажа в новейшее время. Новый корпус изменил саму суть музея. В современном пространстве регулярно проводятся временные выставки и мероприятия. На одной стороне Дворцовой площади — классическое искусство в исторических зданиях. На другой — искусство модерна и современности

Фото: Коммерсантъ / Алексей Смагин  /  купить фото

Здесь обрели свое место импрессионисты, постимпрессионисты и мастера авангарда. Легендарные «Танец» и «Музыка» Матисса (на фото), десятки работ Пикассо, картины Ван Гога, Гогена, Моне, Ренуара представлены с должным размахом

Здесь обрели свое место импрессионисты, постимпрессионисты и мастера авангарда. Легендарные «Танец» и «Музыка» Матисса (на фото), десятки работ Пикассо, картины Ван Гога, Гогена, Моне, Ренуара представлены с должным размахом

Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин  /  купить фото

Литография Пикассо «Голубь» поступила в 1964 году в дар от Союза художников СССР. Сейчас в постоянной экспозиции Эрмитажа не находится. Ее показывают ротационно, на временных выставках, в том числе чтобы не подвергать разрушению

Литография Пикассо «Голубь» поступила в 1964 году в дар от Союза художников СССР. Сейчас в постоянной экспозиции Эрмитажа не находится. Ее показывают ротационно, на временных выставках, в том числе чтобы не подвергать разрушению

Фото: Государственный Эрмитаж

«Портрет актрисы Жанны Самари» Ренуара поступил в Эрмитаж в 1948 году из Государственного музея нового западного искусства. Полотно — одной из жемчужин эрмитажного собрания импрессионизма

«Портрет актрисы Жанны Самари» Ренуара поступил в Эрмитаж в 1948 году из Государственного музея нового западного искусства. Полотно — одной из жемчужин эрмитажного собрания импрессионизма

Презентация виртуальной экскурсии в 3D по Государственному Эрмитажу во время работы VI Международного культурного форума. Сейчас глобальный цифровой проект музея доступен на сайте Эрмитажа из любой точки мира. В сети есть виртуальные туры по залам, цифровой каталог, образовательные и научные проекты. Удаленным доступом к коллекции пользуются просто интересующиеся люди и исследователи

Презентация виртуальной экскурсии в 3D по Государственному Эрмитажу во время работы VI Международного культурного форума. Сейчас глобальный цифровой проект музея доступен на сайте Эрмитажа из любой точки мира. В сети есть виртуальные туры по залам, цифровой каталог, образовательные и научные проекты. Удаленным доступом к коллекции пользуются просто интересующиеся люди и исследователи

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

В 2016 году в Главном штабе прошла первая в России персональная выставка Джованни Больдини (1842–1931) — виртуозного портретиста и летописца Belle Epoque. Эрмитаж открыл российскому зрителю имя, хорошо известное на Западе, но почти забытое на родине после революции 1917 года

В 2016 году в Главном штабе прошла первая в России персональная выставка Джованни Больдини (1842–1931) — виртуозного портретиста и летописца Belle Epoque. Эрмитаж открыл российскому зрителю имя, хорошо известное на Западе, но почти забытое на родине после революции 1917 года

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Выставка «Маноло Бланик. Обувь как искусство» в Главном штабе Эрмитажа в 2017-м стала смелым и элегантным манифестом о стирании границ между прикладным и высоким искусством. Эрмитаж, классический музей-дворец, представил объекты моды как полноценные музейные экспонаты, достойные соседства с шедеврами живописи. Это — часть большого культурного диалога

Выставка «Маноло Бланик. Обувь как искусство» в Главном штабе Эрмитажа в 2017-м стала смелым и элегантным манифестом о стирании границ между прикладным и высоким искусством. Эрмитаж, классический музей-дворец, представил объекты моды как полноценные музейные экспонаты, достойные соседства с шедеврами живописи. Это — часть большого культурного диалога

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Выставка «Тонкие материи. Мода 1988–2018» в Главном штабе в 2018 году представила моду как полноценный архив эпохи и философский манифест. Экспозиция была посвящена мировой моде последних 30 лет. Она показывала эволюцию нарядов от ручного труда до использования высоких технологий. И Эрмитаж снова продемонстрировал, что мода — не прикладное ремесло, а «тонкая материя» интеллектуального и художественного процесса, достойная музейного осмысления наравне с традиционными видами искусства

Выставка «Тонкие материи. Мода 1988–2018» в Главном штабе в 2018 году представила моду как полноценный архив эпохи и философский манифест. Экспозиция была посвящена мировой моде последних 30 лет. Она показывала эволюцию нарядов от ручного труда до использования высоких технологий. И Эрмитаж снова продемонстрировал, что мода — не прикладное ремесло, а «тонкая материя» интеллектуального и художественного процесса, достойная музейного осмысления наравне с традиционными видами искусства

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

«В XXI веке нужны не только технологии в искусстве, но и принципы искусства в технологиях. Очеловечивание технологий стало необходимым для выживания человечества»,— убежден гендиректор Эрмитажа Михаил Пиотровский. В 2019 году в рамках ПМЭФ в Главном штабе открылась выставка «Искусственный интеллект и диалог культур». Все работы на ней были созданы с помощью ИИ. А Эрмитаж это цифровое будущее активно принял

«В XXI веке нужны не только технологии в искусстве, но и принципы искусства в технологиях. Очеловечивание технологий стало необходимым для выживания человечества»,— убежден гендиректор Эрмитажа Михаил Пиотровский. В 2019 году в рамках ПМЭФ в Главном штабе открылась выставка «Искусственный интеллект и диалог культур». Все работы на ней были созданы с помощью ИИ. А Эрмитаж это цифровое будущее активно принял

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Реставрационно-хранительский центр «Старая Деревня» Эрмитажа стал технологическим сердцем современного музея. Это гигантское фондохранилице и уникальный комплекс для передовых научных исследований и высокотехнологической реставрации. Комплекс разгрузил исторические здания, обеспечил идеальные условия сохранности коллекций и превратил процесс заботы об искусстве из скрытой службы в публичную

Реставрационно-хранительский центр «Старая Деревня» Эрмитажа стал технологическим сердцем современного музея. Это гигантское фондохранилице и уникальный комплекс для передовых научных исследований и высокотехнологической реставрации. Комплекс разгрузил исторические здания, обеспечил идеальные условия сохранности коллекций и превратил процесс заботы об искусстве из скрытой службы в публичную

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

В 2005 году в Татарстане был открыт выставочный центр «Эрмитаж-Казань». Он стал первым представительством музея в России. На его площадке регулярно проходят масштабные выставки, созданные на основе фондов Эрмитажа и часто дополненные экспонатами из музеев республики. Сейчас Государственный Эрмитаж представлен также в Выборге, Омске, на Урале и в Оренбурге

В 2005 году в Татарстане был открыт выставочный центр «Эрмитаж-Казань». Он стал первым представительством музея в России. На его площадке регулярно проходят масштабные выставки, созданные на основе фондов Эрмитажа и часто дополненные экспонатами из музеев республики. Сейчас Государственный Эрмитаж представлен также в Выборге, Омске, на Урале и в Оренбурге

Фото: Государственный Эрмитаж

Для финансовой поддержки основного музея Эрмитаж создавал зарубежные филиалы. После закрывшихся проектов в Лондоне и Лас-Вегасе, в 2009 году открылся «Эрмитаж-Амстердам» (на фото). Это было масштабное пространство без собственной коллекции, работавшее исключительно на временных выставках шедевров из петербургских запасников. По договору, 1 евро с каждого билета стоимостью 15 евро возвращался в Петербург. После начала СВО музей разорвал связи с Эрмитажем и начал сотрудничать с организациями из США, Франции и Великобритании. В 2025 году сообщалось, что Эрмитаж планирует открыть центры за пределами России: в Омане и Южной Корее

Для финансовой поддержки основного музея Эрмитаж создавал зарубежные филиалы. После закрывшихся проектов в Лондоне и Лас-Вегасе, в 2009 году открылся «Эрмитаж-Амстердам» (на фото). Это было масштабное пространство без собственной коллекции, работавшее исключительно на временных выставках шедевров из петербургских запасников. По договору, 1 евро с каждого билета стоимостью 15 евро возвращался в Петербург. После начала СВО музей разорвал связи с Эрмитажем и начал сотрудничать с организациями из США, Франции и Великобритании. В 2025 году сообщалось, что Эрмитаж планирует открыть центры за пределами России: в Омане и Южной Корее

Фото: Wikimapia

Следующая фотография
1 / 50

Зимний дворец в Санкт-Петербурге — бывшая императорская резиденция, ныне входит в состав Государственного Эрмитажа

Фото: Коммерсантъ / Майя Жинкина

В 1764 году российская казна получила от берлинского коммерсанта Иоганна Гоцковского долг не деньгами, а коллекцией из 225 картин. Эти полотна, прибывшие в Петербург, императрица Екатерина II с готовностью приняла. Для просвещенной государыни, ведущей переписку с Вольтером и Дидро, коллекционирование стало важной частью имиджа европейского монарха. С этого скромного, по будущим меркам, собрания началась ее «охота за шедеврами», превратившая частный кабинет редкостей в одну из величайших сокровищниц мира

Фото: Екатерина Калиновская

Одна из картин Иоганна Эрнста Гоцковского. Гоцковский был крупнейшим берлинским коммерсантом и банкиром, связанным с прусским королем Фридрихом II. В результате Семилетней войны он оказался в отчаянном положении: задолжал огромную сумму кредиторам, главным из которых (косвенно) была российская казна. Вместо требования денег, которых у Гоцковского не было, вступившая на престол Екатерина II пошла на бартер и получила в итоге коллекцию. Таким образом, первая коллекция Эрмитажа — это не трофей и не подарок, а исторический компромисс

Фото: Государственный Эрмитаж

Самым первым зданием, с которого Эрмитаж начался именно как музей, был Малый Эрмитаж. Зимний дворец, построенный Растрелли для Елизаветы Петровны, изначально был исключительно императорской резиденцией. Картины и коллекции там хранились в личных апартаментах, это была не сокровищница. Поэтому исторически Зимний стал частью Эрмитажа позже. Малый Эрмитаж же был специально построен по приказу Екатерины II для размещения ее быстрорастущей коллекции. Старый (Большой) Эрмитаж (1771–1787) построен следом, когда коллекции перестало хватать места в Малом. Эрмитажный театр (1783–1787) завершил первоначальный ансамбль

Фото: Петр Ковалев / ТАСС

Екатерина II покупала не отдельные картины, а целые прославленные коллекции. Ключевыми «трофеями» стали собрания европейской знати. В 1769 году была приобретена коллекция саксонского министра графа Генриха фон Брюля, богатая голландской и фламандской живописью. На фото — «Апостолы Павел и Варнава в Листре» Якоба Йорданса

Фото: Государственный Эрмитаж

В 1772 году последовала громкая покупка в Париже — коллекция банкира, первого королевского казначея Пьера Кроза. Картина Рубенса «Вакх» (на фото) — один из ярчайших примеров фламандской живописи из собрания Кроза, образец блестящего барокко

Фото: Государственный Эрмитаж

Собрание Кроза считалось одним из лучших в Европе. Оно включало ядро будущей эрмитажной славы: «Святое Семейство» Рафаэля, картины Тициана и шедевры Рембрандта. На фото — «Даная» последнего. К концу царствования императрицы ее частное собрание, начавшееся со 225 картин, насчитывало около 4000 полотен и тоже уверенно вошло в число величайших в Европе

Фото: Государственный Эрмитаж

Новый Эрмитаж (1842–1851) — первое в России здание, изначально спроектированное как публичный музей (его и охраняют атланты). К середине XIX века разросшиеся императорские коллекции уже не помещались в старых зданиях. Николай I принял решение превратить закрытую сокровищницу в общедоступный национальный музей. Проектом занимался баварский архитектор Лео фон Кленце. Двери первого публичного музея России официально открылись 5 февраля 1852 года. Здесь впервые появились нумерованные залы с табличками, специальные отделы, внутреннее убранство (росписи, мозаичные полы, мебель)

Фото: Государственный Эрмитаж

Постоянный билет для входа в Императорский Эрмитаж и галереи Петра I, 1860-е годы. Подписан обер-гофмаршалом графом Шуваловым. Подобные билеты были платными и давали владельцу право на неоднократное посещение Эрмитажа и галереи Петра (которые тогда находилась в здании Кунсткамеры и где были выставлены личные вещи императора). Вероятно, появление билета свидетельствовало о том, что Эрмитаж стал восприниматься как рабочий институт культуры и образовательный центр, где можно проводить время регулярно

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

Идея украсить крыльцо Эрмитажа атлантами принадлежит архитектору Лео фон Кленце. Фигуры изготавливали в течение двух лет около 150 камнетесов. Атлантов установили в 1848 году, за четыре года до завершения строительства Нового Эрмитажа. Они обросли множеством легенд. Так, например, некоторые верят, что у крайнего правого атланта нужно загадывать желания. Кроме того, ежедневно у ног этих гигантов можно встретить молодоженов, для которых тоже существует «обряд»

Фото: Коммерсантъ / Сергей Семенов  /  купить фото

Коллекция постепенно расширяется. Приобретаются не только картины, но и древности. В 1861 году музей покупает римскую коллекцию маркиза Кампаны, включая знаменитые античные вазы и скульптуры. Так в Эрмитаж попала древнеримская статуя Юпитера (на фото) I века

Фото: Государственный Эрмитаж

Появляются первые археологические находки из Южной России: в музей хлынули экспонаты с раскопок курганов в Причерноморье и Крыму. Это было знаменитое скифское золото — шедевры древних кочевников, созданные в звериной манере. Среди них бляха — украшение горита в виде оленя с подогнутыми ногами (VII в. до н. э.). Ее нашли в Закубанье (станица Костромская). Эти сокровища сделали Эрмитаж мировым центром по изучению скифской культуры

Фото: Государственный Эрмитаж

На фото — первая официальная манифестация 1 мая (18 апреля по старому стилю) 1917 года при новом, Временном правительстве. С началом Февральской революции и падением монархии Зимний дворец, где все еще располагались некоторые покои царской семьи, немедленно оказался в эпицентре событий

Фото: Карл Булла / pastvu.com

Всего через полгода после падения монархии Зимний дворец еще не был музеем, а служил резиденцией нового правительства. Знаменитый малахитовый зал дворца был залом заседаний Временного правительства

Фото: Карл Кубеш / pastvu.com

Министр-председатель Временного правительства Александр Керенский летом 1917 года в своем кабинете в Зимнем дворце

Фото: Wikimedia / автор неизвестен

Для сотрудников Эрмитажа это было время тревожной неопределенности и активных действий: они уже работали над спасением коллекции от возможного хаоса и составляли описи. Они в буквальном смысле опечатали двери и переходы, ведущие из музейных залов в жилые покои дворца, чтобы предотвратить возможные грабежи и повреждения

Фото: Государственный Эрмитаж

Во время вооруженного восстания в октябре Зимний дворец (резиденция правительства) был взят, а Эрмитаж (музей) — нет. Это принципиально важное различие. При этом существовала опасность «революционного вандализма»: некоторые радикальные группы большевиков высказывали предложения уничтожить «дворянское искусство». На фото — женский батальон смерти на Дворцовой площади (Петроград, 1917 год)

Фото: Государственный Эрмитаж

Зал 395 Зимнего дворца после штурма. Хоть и существует легенда о разграблении шедевров, на деле большевики штурмовали жилые и правительственные помещения дворца. Тем не менее жилые части (где были предметы дворцовой обстановки, интерьеры, исторические реликвии), которые революционеры не жалели, сейчас являются художественными ценностями и предметами эпохи. Были разбиты вазы, зеркала, повреждена мебель, разграблены винные погреба и т. д.

Фото: Карл Кубеш / Государственный Эрмитаж

Афиша Первой выставки художественных произведений Эрмитажа в 1920 году

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

На репродукции акварели Луиджи Премацци изображен кабинет императрицы Марии Александровны. Так выглядел Зимний дворец до «большой распродажи». В глубине зала можно разглядеть «Мадонну Альба» Рафаэля. Однако с конца 20-х годов прошлого века советская власть начала распродавать сокровища из собрания Эрмитажа европейским магнатам. В результате музей лишился значительной части своего собрания и утратил произведения, украшающие сегодня крупнейшие галереи мира

Фото: Государственный Эрмитаж

«Мадонна Альба» Рафаэля. Продана Правительством СССР в апреле 1931 года через Берлинскую галерею Маттизена американскому коллекционеру Эндрю У. Меллоному. Сегодня картина находится в Национальной галерее искусств в Вашингтоне

Фото: Sailko / Wikimedia

Впрочем, несмотря на продажу части коллекции Эрмитажа, количество художественных ценностей в нем росло. После Октябрьской революции власть объявила имущество аристократов, купцов-меценатов и промышленников собственностью государства. Так из ликвидированных особняков и усадеб в музей попали произведения искусства, ранее принадлежавшие известным семьям империи. Скульптурная группа «Амур и Психея» создана в первой трети XVII века из слоновой кости. Ее коммунисты забрали из семейной коллекции Юсуповых

Фото: Государственный Эрмитаж

После революции и Гражданской войны Средневековье, рыцарские романы, тема благородных воинов и богатырей переживали огромный культурный ренессанс в массовом сознании. Это отражалось в литературе, кино (например, «Александр Невский» Эйзенштейна, 1938). Эрмитаж сыграл на этом искреннем интересе и организовал Зал доспехов. Выставка была способом привлечь публику в условиях необходимости самоокупаемости и просуществовала примерно до 1938-го

Фото: Государственный Эрмитаж

После революции Зимний дворец решили наполнить новым, «правильным» идеологическим содержанием. Так родилась идея превратить часть здания в главный в стране Музей Революции. Это была идеологическая инсталляция с работами на революционные темы. Подлинные предметы искусства были вынесены, отправлены в запасники или другие музеи, их место заняла «правильная» агитация. Музей просуществовал до 1939 года, а после войны началось восстановление исторических интерьеров дворца. Фонды и концепция этого музея были перебазированы в особняк Кшесинской

Фото: Государственный Эрмитаж

Малый итальянский просвет Нового Эрмитажа после эвакуации экспонатов музея. Начало Великой Отечественной войны существенным образом повлияло на деятельность Эрмитажа. А спасение эрмитажной коллекции во время блокады Ленинграда называют подвигом музейных сотрудников. В июле 1941 года большая часть экспонатов была вывезена двумя эшелонами через Вологду, Киров и Пермь в Свердловск

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

Ленинград в блокаде. Эрмитаж. Пострадавшая во время бомбежки статуя. Третий эшелон вывезти не успели, но сотрудники практически целиком спасли произведения искусства, сохранив их в подвалах Эрмитажа и в Исаакиевском соборе

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

18 июня 1942 года во время обстрела Ленинграда каретный сарай Малого Эрмитажа был разрушен прямым попаданием немецкого снаряда. В нем хранилась коллекция придворно-конюшенного музея. Были уничтожены семь карет и два паланкина, остальные экспонаты получили серьезные повреждения

Фото: Михаил Величко / Российская национальная библиотека

Эрмитаж в годы блокады Ленинграда, подготовка к выставке. Справа на фото искусствовед Михаил Васильевич Доброклонский, который в годы войны исполнял обязанности директора музея и сохранил оставшиеся коллекции в условиях блокады, голода и холода. Первым шагом к возрождению Эрмитажа стал Павильонный зал и галереи Висячего сада: именно здесь к ноябрю 1944 года решили открыть выставку сокровищ, переживших блокаду в осажденном городе. Команде предстояло вывезти десятки кубометров песка, отполировать полы, вставить выбитые стекла, привести в порядок люстры. Усилия оправдались: выставка, открытая в ноябре 1944-го, стала праздником для всех, кто ее создавал и посещал. За девять месяцев на выставке побывали почти 30 тыс. человек

Фото: Борис Кудояров / Государственный Эрмитаж

Для подготовки к этой выставке из эвакуации вернулся директор Эрмитажа Иосиф Орбели. Начав работу в музее в 1920 году хранителем, он прошел путь до заведующего отделом искусства Востока, а в 1934-м возглавил Эрмитаж как директор. В 1941 году Орбели организовал героическую эвакуацию более миллиона экспонатов в Свердловск, а сам остался в блокадном Ленинграде, чтобы спасать оставшиеся сокровища и здание. В марте 1943-го года он все-таки эвакуировался в Ереван, откуда вернулся после прорыва блокады и продолжил руководить Эрмитажем до 1951-го

Фото: Российская Академия Наук

В начале октября 1945 года началась реэвакуация экспонатов Эрмитажа из Свердловска. 10 октября первые эшелоны прибыли в Ленинград, через три дня разгрузка была завершена, а 14 октября началась развеска возвращенных картин в залах. Весь процесс реэвакуации длился несколько месяцев

Фото: Василий Федосеев / Государственный Эрмитаж

8 ноября 1945 года Эрмитаж открылся, посетители входили в восстановленный музей через Халтуринский подъезд, хотя портик с атлантами тогда еще не был отреставрирован

Фото: pastvu.com

Романовская галерея Эрмитажа, 1946 год. Возвращение экспонатов. Поэтапно для посетителей стали доступны восстановленные залы: галерея Рембрандта, Петровская и Романовская галереи

Фото: Давид Трахтенберг / Harvard Library

Зал искусства Франции XVIII века, 1946 год. В 1942-м в Зимний дворец попал снаряд, который пробил потолок зала и значительно повредил интерьеры. К 7 ноября 1946 года зал был восстановлен (символическая точка открытия целого блока восстановленных залов). Среди выставляемых экспонатов в зале картины Ф. Буше, а также работы Э. М. Фальконе (среди них знаменитый «Амур»)

Фото: Harvard Library / автор неизвестен

В 1964 году Борис Борисович Пиотровский был назначен директором Государственного Эрмитажа и на этом посту пробыл 26 лет, до 1990 года. Его эпоха стала для Эрмитажа временем «научной реставрации» и возвращения в мировое музейное сообщество. Под его началом расцвела фундаментальная научная работа: издавались многотомные каталоги, активизировались экспедиции, а хранители получили возможность глубоко изучать коллекции

Фото: Рудольф Кучеров/РИА Новости

В сложных условиях «железного занавеса» Борису Пиотровскому удавалось укреплять международные связи. Выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона» стала сенсацией в Москве и Ленинграде. Выставка была организована в рамках Международного соглашения между СССР и Арабской Республикой Египет. Там демонстрировались артефакты, в 1922 году обнаруженные в гробнице фараона Тутанхамона археологом Говардом Картером

Фото: Валентин Черединцев / ТАСС

Всю современную историю России главой Эрмитажа является Михаил Пиотровский. С падением «железного занавеса» он продолжил дело отца — укрепление связей с западными музеями (Лувр, Метрополитен, Прадо и др.) и фондами. Выставочные центры-посольства появились в разных странах мира. С приходом цифровых технологий к ним активно подключился и Эрмитаж, несмотря на консервативный подход музейного сообщества. Сам Михаил Пиотровский неоднократно отмечал, что это помогает развивать глобальный бренд Эрмитажа, сочетая традицию со смелыми экспериментами

Фото: Коммерсантъ / Евгений Павленко

Съемки фильма «Русский ковчег» (2001) режиссёра Александра Сокурова, созданный в совместном производстве России и Германии. Его сюжет строится вокруг современного героя (от чьего лица ведётся повествование), который вместе с загадочным европейским спутником из прошлого бродит по залам Зимнего дворца, становясь свидетелем оживших исторических сцен — от времён Петра I до роскошного бала 1913 года. Вся эта призрачная фреска русской истории была снята одним непрерывным 96-минутным кадром за единственный съёмочный день 23 декабря 2001 года в реальных интерьерах Эрмитажа. Это потребовало титанической координации тысяч участников и сделало фильм техническим чудом мирового кинематографа. Российская премьера состоялась в Эрмитаже 27 мая 2002 года. В России картина вышла всего на 2 экранах, но в американском прокате фильм стал хитом

Фото: Александр Беленький

Сегодня Эрмитаж — это в том числе научный центр, оснащенный передовыми технологиями для изучения и сохранения шедевров. На фото — картина Эль Греко «Апостолы Петр и Павел» в Отделе научно-технологической экспертизы (ОНТЭ), расположенном в Запасном доме Зимнего дворца. В лабораториях ученые «просвечивают» время, то есть искусство прошлого спасают технологии будущего

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

Открытие Главного штаба в 2014 году после реконструкции, пожалуй, самая значительная трансформация Эрмитажа в новейшее время. Новый корпус изменил саму суть музея. В современном пространстве регулярно проводятся временные выставки и мероприятия. На одной стороне Дворцовой площади — классическое искусство в исторических зданиях. На другой — искусство модерна и современности

Фото: Коммерсантъ / Алексей Смагин  /  купить фото

Здесь обрели свое место импрессионисты, постимпрессионисты и мастера авангарда. Легендарные «Танец» и «Музыка» Матисса (на фото), десятки работ Пикассо, картины Ван Гога, Гогена, Моне, Ренуара представлены с должным размахом

Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин  /  купить фото

Литография Пикассо «Голубь» поступила в 1964 году в дар от Союза художников СССР. Сейчас в постоянной экспозиции Эрмитажа не находится. Ее показывают ротационно, на временных выставках, в том числе чтобы не подвергать разрушению

Фото: Государственный Эрмитаж

«Портрет актрисы Жанны Самари» Ренуара поступил в Эрмитаж в 1948 году из Государственного музея нового западного искусства. Полотно — одной из жемчужин эрмитажного собрания импрессионизма

Презентация виртуальной экскурсии в 3D по Государственному Эрмитажу во время работы VI Международного культурного форума. Сейчас глобальный цифровой проект музея доступен на сайте Эрмитажа из любой точки мира. В сети есть виртуальные туры по залам, цифровой каталог, образовательные и научные проекты. Удаленным доступом к коллекции пользуются просто интересующиеся люди и исследователи

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

В 2016 году в Главном штабе прошла первая в России персональная выставка Джованни Больдини (1842–1931) — виртуозного портретиста и летописца Belle Epoque. Эрмитаж открыл российскому зрителю имя, хорошо известное на Западе, но почти забытое на родине после революции 1917 года

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Выставка «Маноло Бланик. Обувь как искусство» в Главном штабе Эрмитажа в 2017-м стала смелым и элегантным манифестом о стирании границ между прикладным и высоким искусством. Эрмитаж, классический музей-дворец, представил объекты моды как полноценные музейные экспонаты, достойные соседства с шедеврами живописи. Это — часть большого культурного диалога

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Выставка «Тонкие материи. Мода 1988–2018» в Главном штабе в 2018 году представила моду как полноценный архив эпохи и философский манифест. Экспозиция была посвящена мировой моде последних 30 лет. Она показывала эволюцию нарядов от ручного труда до использования высоких технологий. И Эрмитаж снова продемонстрировал, что мода — не прикладное ремесло, а «тонкая материя» интеллектуального и художественного процесса, достойная музейного осмысления наравне с традиционными видами искусства

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

«В XXI веке нужны не только технологии в искусстве, но и принципы искусства в технологиях. Очеловечивание технологий стало необходимым для выживания человечества»,— убежден гендиректор Эрмитажа Михаил Пиотровский. В 2019 году в рамках ПМЭФ в Главном штабе открылась выставка «Искусственный интеллект и диалог культур». Все работы на ней были созданы с помощью ИИ. А Эрмитаж это цифровое будущее активно принял

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков  /  купить фото

Реставрационно-хранительский центр «Старая Деревня» Эрмитажа стал технологическим сердцем современного музея. Это гигантское фондохранилице и уникальный комплекс для передовых научных исследований и высокотехнологической реставрации. Комплекс разгрузил исторические здания, обеспечил идеальные условия сохранности коллекций и превратил процесс заботы об искусстве из скрытой службы в публичную

Фото: Коммерсантъ / Александр Коряков

В 2005 году в Татарстане был открыт выставочный центр «Эрмитаж-Казань». Он стал первым представительством музея в России. На его площадке регулярно проходят масштабные выставки, созданные на основе фондов Эрмитажа и часто дополненные экспонатами из музеев республики. Сейчас Государственный Эрмитаж представлен также в Выборге, Омске, на Урале и в Оренбурге

Фото: Государственный Эрмитаж

Для финансовой поддержки основного музея Эрмитаж создавал зарубежные филиалы. После закрывшихся проектов в Лондоне и Лас-Вегасе, в 2009 году открылся «Эрмитаж-Амстердам» (на фото). Это было масштабное пространство без собственной коллекции, работавшее исключительно на временных выставках шедевров из петербургских запасников. По договору, 1 евро с каждого билета стоимостью 15 евро возвращался в Петербург. После начала СВО музей разорвал связи с Эрмитажем и начал сотрудничать с организациями из США, Франции и Великобритании. В 2025 году сообщалось, что Эрмитаж планирует открыть центры за пределами России: в Омане и Южной Корее

Фото: Wikimapia

Смотреть

Новости компаний Все