«Государство обязано донести до учеников свою точку зрения»
Владислав Кононов — об идеологии единого учебника истории
В новом учебном году все российские школы должны перейти на единую линейку учебников истории — с 5 по 11 класс непрерывно. Однако к ним есть претензии, например учителя жалуются, что новые учебники частично расходятся с федеральной программой и даже с заданиями ЕГЭ. Спецкорреспондент “Ъ” Александр Черных расспросил об этом ответственного секретаря гослинейки учебников истории, референта управления администрации президента РФ по государственной политике в гуманитарной сфере Владислава Кононова. А также задал вопросы о том, насколько раздел новейшей истории в учебнике соответствует реальности и что делать родителям и школьникам, которые не согласны с государственной трактовкой новейших исторических событий.
Владислав Кононов на конференции РВИО в январе
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Владислав Кононов на конференции РВИО в январе
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
— На январской конференции Российского военно-исторического общества (РВИО) вы сказали, что всего три года назад «была поставлена задача» создать единую линейку учебников истории. Насколько я понимаю, сейчас эти учебники уже в школах. Сколько же времени потребовалось, чтобы их написать?
— Президент еще в 2013 году дал поручение создать единый учебник истории. После этого в академической среде развернулись дискуссии о его содержании и внутренней философии. Началась разработка так называемого историко-культурного стандарта. Это объемный документ, где перечислены ключевые темы и события, которые школьник обязан знать и понимать: образование государства Русь, Петровские реформы, отмена крепостного права, русско-японская война 1904–1905 годов, Великая Отечественная война и т. д.
В 2017 году, когда эта работа была уже в разгаре, у Владимира Мединского (помощник президента, председатель РВИО.— “Ъ”) вышла авторская линейка учебников. Так что мы уже с 2017-го были вовлечены в этот процесс. Внимательно прислушивались к мнению учителей: как они воспринимают идею единого учебника? Оказалось, что в педагогической среде существует определенное единство в этом вопросе. Наличие разных линеек учебников приводило к прямому или опосредованному влиянию издательских лобби на школьные закупки. И разговоры о том, какой учебник лучше, на деле сводились исключительно к их интересам. Также было понятно, что вариативность линеек вредит единству образовательного пространства: где-то в школах изучают одно, а где-то — совсем другое.
Постепенно количество линеек сокращалось — к 2022 году осталось всего три. И межведомственная комиссия по историческому просвещению, которую возглавляет Владимир Мединский, решила, что из них следует сделать одну, придав ей статус государственной. Это в общей сложности 13 учебников: «Всеобщая история» с 5-го по 11-й класс и «История России» — с 6-го по 11-й.
Фото: пресс-служба президента РФ
Фото: пресс-служба президента РФ
Но прежде чем создавать учебник, надо было дать ответ на главный вопрос: как изучать историю в школе, как ее понимать и как преподавать? В советской школе, где учились все, кто «родом из СССР», этот вопрос решался очень просто. Учебник исходил из марксистской теории смены социально-экономических формаций. Главной движущей силой истории считалась борьба классов, возникающая как следствие развития производительных сил. Эта борьба в конечном счете приводит к смене формаций — от рабовладельческого строя к феодальному, от феодального к капиталистическому. У этой теории есть немало достоинств — и одна объективная проблема, связанная с прогнозированием. Предполагалось, что человечество рано или поздно придет к бесклассовому обществу, к построению коммунизма. Вот здесь и проблема: этого не случилось, и вряд ли это возможно.
После 1991 года пытались использовать разные идеологемы. Например, исключительно западную, американскую: «История есть постоянное движение человека от несвободы к свободе». Красивый тезис. Но если мы попробуем сравнить, насколько свободен современный человек в сравнении, скажем, со среднестатистическим жителем древнего Египта, то можем прийти к абсолютно разным выводам — в зависимости от того, что будем понимать под свободой. Например, в части цифровых следов.
В 2020 году Владимир Мединский инициировал общественную дискуссию, финалом которой стала его программная статья «Семь тезисов о том, как преподавать и изучать историю». Это и есть теоретическая основа госучебников и в части оценок исторических событий, и в части движущей силы истории, и в части синхронизации истории, ее преемственности и прочего, прочего, прочего. Мы старались эту теорию, что называется, воплотить на практике.
— «Мы» — это кто?
— Команда.
— Как она была сформирована?
— Есть три главных редактора: Владимир Мединский, Александр Чубарьян (научный руководитель Института всеобщей истории РАН.— “Ъ”) и Анатолий Торкунов (ректор МГИМО, академик РАН.— “Ъ”). У каждого за плечами опыт создания линеек школьных учебников и свои проверенные авторы. Александр Оганович Чубарьян говорит: «У меня есть такой-то специалист по древнему миру, такой-то по средним векам…» — и эти ученые получают задания. У Анатолия Васильевича Торкунова тоже есть свои специалисты, и у Владимира Ростиславовича Мединского тоже.
Еще есть небольшая команда ответственного секретаря — четыре человека, все профессиональные историки. Наша главная задача — проверять тексты на соответствие техническому заданию, которое составил главный редактор, искать компромиссы с учеными по сложным вопросам, работать с текстами, иллюстрациями и т. д.
Я как-то пытался подсчитать количество членов нашего авторского коллектива — оказалось больше 50 человек.
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Лебедев / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
— А на обложке я вижу всего два имени — Владимир Мединский и Анатолий Торкунов.
— Это на учебниках истории России. На учебниках всеобщей истории — Владимир Мединский и Александр Чубарьян. То есть в общей сложности три имени. И еще один академик — президент истфака МГУ Сергей Карпов, научный рецензент учебников по истории России.
Редакторы давали общие установки: как писать, о чем писать. Вносили правки, но не только в тексты — вплоть до оформления обложек, форзацев, нахзацев, всего макета. Разумеется, в учебниках есть их авторские материалы.
Но если указывать в учебнике всех членов коллектива, то целая страница потребуется под фамилии. Хотя мы все чаще этот вопрос обсуждаем, потому что были задействованы авторитетнейшие специалисты. И знающие люди сразу говорят: «О-о-о, так это Татьяна Черникова писала» или: «Это Антон Горский проверял из Академии наук». Не исключаю, что в следующих изданиях мы будем указывать авторов. Ну или хотя бы самых титулованных ученых.
Итак, в январе 2023 года мы приступили к подготовке первых четырех учебников единой линейки: «История России» и «Всеобщая история» для 10–11-х классов. По ним в школе изучают новейшее время — с 1914 года по наши дни.
С 1 сентября 2026 года школьники будут учиться по единой линейке учебников с 5 по 11 класс
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
С 1 сентября 2026 года школьники будут учиться по единой линейке учебников с 5 по 11 класс
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
— Получается, начали выпуск линейки с конца?
— Для этого существовали объективные причины. Представьте: на дворе 2023 год, идет специальная военная операция, Россия сталкивается с экзистенциальными вызовами, а в учебниках истории рассказывается про сферические правовые государства в идеальном вакууме. Про западную модель идеального государства, про западные надгосударственные структуры, которые якобы нацелены на защиту прав и свобод, на поддержание мира и порядка и т. д. Я немного упрощенно пересказываю, но суть такова: возникло объективное противоречие между учебником и реальной картиной мира.
Подобная «идеологическая инерция» восходит к осмыслению происходящих событий в парадигме 1990-х годов. Например, авторы учебников подробно писали про благостность процессов перестройки, про новое мышление Горбачева, про стремление к демократизации. А вот причины развала советской империи оставались за рамками их внимания, как и тяжелейшие последствия: уничтожение производств, массовое обнищание населения и прочие «издержки» 1990-х годов. Мол, главное, что Россия движется по пути демократизации, а все остальное — побочный эффект.
Мы же постарались дать сбалансированную картину происходившего в те годы. Использовали разные способы. Например, в учебнике есть фотография спорткомплекса «Лужники», который в 1990-е годы превратился в огромный вещевой рынок. Или другой прием — синхронизация. Каждый параграф учебника начинается с хронологической таблицы: в ней наглядно показано, какие события в этот период происходили в России и других странах. Это «сшивает» историю России с мировой, способствует расширению кругозора и критического мышления учеников.
Откроем учебник для 11-го класса на моменте заключения Беловежских соглашений. Вспомним: на протяжении 20–30 лет нам говорили, что распад СССР — это историческая неизбежность. Просто потому, что все империи распадаются. И вот в табличке сказано: «Россия, декабрь 1991 года, Беловежское соглашение, распад СССР». А напротив: «Мир, февраль 1992 года, Маастрихтское соглашение, договор 12 стран о создании Евросоюза». То есть с разницей менее чем в два месяца происходят два абсолютно разнонаправленных события: наш союз народов распадается, а Европейский союз создается. И здесь учитель с учеником должны задаться вопросом: почему у нас вышло так, а у них — вот так? И что на самом деле является объективной закономерностью — распад единства или наоборот?
И таких примеров очень много, включая оформление обложек. Так, на обложке учебника по всеобщей истории для 9-го класса — картина Василия Верещагина «Подавление индийского восстания англичанами» (художник изобразил казнь восставших в 1857–1859 годах сипаев, на картине британские офицеры привязали индийцев к жерлам пушек, чтобы тела разорвало на части.— “Ъ”). Сам Верещагин писал, что смерть индусу не страшна, но недопустимо смешение останков с останками казненных из других варн и каст. То есть британцы сознательно шли на оскорбление религиозных чувств индусов. Это и есть иллюстрация сути колониальной политики Британской империи в XIX веке.
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Телеграм-канал помощника президента России Владимира Мединского
Фото: Издательство «Просвещение»
— Я вижу, что над этой картиной вы поставили на обложке Биг Бен. Это тоже специально?
— Британский парламент как символ британского владычества, да. Понимаете, посыл обложки не только «смотрите, какие они жестокие». Это стремление показать внутреннюю качественную разницу в сути Российской империи и Британской колониальной империи. Россия расширялась, последовательно включая в свой состав народы, которые сохраняли религию, социальную структуру, культуру, традицию, язык, возможность работать на государственной службе. Некоторые получали свободы и привилегии, которых не имели жители имперского центра — посмотрите на привилегированное положение Польши и Финляндии. А британские колонии — это просто про выкачивание ресурсов.
Комментарий Александра Чубарьяна
Научный руководитель Института всеобщей истории РАН, соавтор единого учебника по всеобщей истории:
— Мы получили разные замечания от учителей в основном редакционного характера, и я хотел бы уточнить, что во всех этих замечаниях не подвергалась сомнению ценность самого учебника. Учителя в целом его высоко оценивают. Если говорить о претензиях к сложности учебника, то их можно объяснить большим объемом нового материала. Это информация про Китай, Индию, Африку, которой раньше не было. Но зато учебник стал не европоцентричным, а действительно мировым.
Вот и получается, что слово «империя» используется и для России, и для Великобритании, а смысл у него разный. Это можно вот так пространно объяснить, как я только что сделал, а на смысловом уровне можно проиллюстрировать как на обложке учебника. Вот оно, британское «бремя белого человека», в сравнении с нашим стремлением жить в мире с соседями.
Вообще, оформлению мы уделяли очень много внимания. Ведь как выглядели многие учебники до появления единой линейки? Мягкая обложка, дробление на части — из одной книги получались две или даже три…
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Издательство «Просвещение»
— Насколько я понимаю, это делалось, чтобы школьникам было легче носить рюкзак.
— Это была любимая отговорка издательств. Мол, вес учебников регулируется СанПиН, мы в эти нормы не вписываемся, поэтому предлагаем разбить книгу на две части. Но что мы получаем? Вместо одного учебника за рубль — два учебника по рублю каждый. Причем такое разделение крайне неудобно с точки зрения образовательного процесса. Например, на уроке надо вернуться к началу учебника, но первая часть лежит у ребенка дома.
А если мы внимательно приглядимся к оформлению многих старых учебников, то увидим чрезмерно широкие поля, например. Если их сузить, то на страницу поместится больше информации — и вес книги станет меньше. Но коммерсантам неинтересно этим заниматься. Им интереснее два учебника за два рубля продать. А вот нам удалось уложиться во все СанПиНы — приходилось все учебники самим взвешивать на кухонных весах. Мы добились нужного результата путем эффективного использования печатных площадей: в госучебниках нет ни огромных полей, ни «белых пятен» на странице после конца параграфа. И обязательно твердая обложка — это было принципиальное требование главного редактора. Потому что учебник помимо всего прочего должен нести и эстетическую функцию. Он не может выглядеть как глянцевый журнал, это первое. А второе — у книги в твердой обложке срок эксплуатации дольше в полтора-два раза. Это экономия государственных денег.
— И когда эти новые учебники появились в школах?
— Уже в 2023/24 учебном году — учебники 11-го класса по всеобщей истории и истории России. А в 2024/25 учебном году — и для 10-го класса. Вся старшая школа учится по единым государственным учебникам. Получается, что мы сделали четыре учебника за три месяца. Работали без выходных, в буквальном смысле круглосуточно.
После них мы начали работу над учебниками для 5–9-х классов. Они были готовы весной 2025-го. Учебники для 5-х, 6-х и 7-х классов появились в школах в нынешнем, 2025/26 учебном году. Наконец, с 1 сентября 2026 года школьники начнут учиться по учебникам для 8–9-х классов, причем это будет сразу второе издание, что совершенно нормально. Повторюсь, мы внимательно слушаем педагогов. Практика показала, что учебники всеобщей истории для 5–7-х классов оказались сложными для части обучающихся. Все-таки наши авторы — главным образом ученые. А детям трудно оценить и понять академические изыски. Да и школьные учебники — это не научные монографии. Здесь другая задача — сформировать общий уровень представлений о прошлом. Систему координат, на которую можно «нанизывать» последующие, более глубокие знания.
«Именовали умершего вождя тираном»
“Ъ” сравнил тексты учебников по истории 2010, 2021 и 2023 годов
Но одновременно стало очевидно, что необходима и более фундаментальная линейка учебников — для тех, кто хотел бы в старших классах изучать историю на углубленном уровне. Надо учитывать объективные реалии: в одном классе зачастую собраны дети разных способностей, разного уровня заинтересованности — кто-то планирует стать гуманитарием, кто-то нет. Тем, кто хочет связать свою жизнь с гуманитарным образованием, историей, необходимо дать возможность углубленно изучать предмет. Конечно, эти учебники будут потолще; что тут будет с СанПинами — время покажет. Думаю, что эта работа займет два-три года. Пока этот процесс находится в подготовительной фазе.
Подводя итог: со следующего учебного года единая государственная линейка учебников истории будет внедрена повсеместно, во всех школах с 5-го по 11-й класс. Но задача их постоянно совершенствовать не снимается.
«Фактологических ошибок в учебниках не было обнаружено»
— Давайте подробнее поговорим про «совершенствовать». На конференции вы сказали, что педагоги заметили в новых учебниках некоторые «шероховатости» и что они будут исправлены при переиздании…
— Предвижу ваш вопрос, потому что многие упрощенно понимают процесс совершенствования учебника как «вы тут устроили конвейер бесконечных исправлений». Покажу вам наглядный пример — советский учебник обществоведения под редакцией Шахназарова, я по нему учился в школе. Посмотрите выходные данные: в 1963 году вышло первое издание, а в 1985-м — уже 22-е. То есть учебник менялся каждый год.
Комментарий Сергея Карпова
Президент истфака МГУ, рецензент единого учебника по истории России, академик РАН:
— Полагаю, что единый учебник по истории необходим и как элемент государственной политики в области образования, и как норматив знаний школьников, в котором должны быть точно и безошибочно отражены все важнейшие вехи нашей истории. Тот учебник, который уже был издан, представляет собой значительный шаг вперед по сравнению с предыдущими и по объему материала, и по оформлению. Разумеется, нет пределов совершенству, и в любом издании возможны промахи и недочеты. Авторы после сделанных им замечаний стараются их устранить и усовершенствовать текст. В дальнейшем надо обсудить получившееся с педагогической общественностью, прежде всего — со школьными учителями, а также с исследователями отечественной истории. Главное — чтобы учебник формировал интерес к предмету, умение отличать достоверное от недостоверного, воспитывал гражданскую позицию учащегося и просто формировал общую культуру молодых людей.
— Это не допечатка тиража, а именно новая редакция?
— Да, если вы сравните два учебника разных изданий, то увидите, что они отличаются — в том числе и текстами. Шел процесс постоянной шлифовки, постоянной доработки — в советское время целые институты этим занимались. Конкретно этот учебник Шахназарова получил Госпремию в 1980 году, то есть только на 17-м издании.
Некоторые педагоги мне говорят: «Вот Годера—Вигасина был хороший учебник, намного лучше вашего» (речь идет об учебнике по всеобщей истории Г. И. Годера и А. А. Вигасина.— “Ъ”). Я отвечаю: «Зачем вы сравниваете первое издание единого учебника с 14-м изданием Годера—Вигасина? Подождите и сравните их учебник с 14-м изданием госучебника». Хотя, разумеется, столько ждать не нужно.
Наш госучебник прошел множество экспертиз. Его проверяли три исторических института РАН, мы проводили массу согласительных совещаний. Садились и обсуждали с историками по пунктам, какую формулировку оставить, а какую убрать, что важно и что второстепенно. Помимо этого Министерство просвещения организовало свои экспертизы, Московский педагогический госуниверситет проводил мировоззренческую экспертизу. Потом была предварительная апробация — учебники в электронном виде разослали в школы в разных регионах, учителя давали свои замечания. Теперь фактически идет апробация в масштабах страны, когда учебники поступили в школы. Мы снова собираем отзывы, и это нормальный и необходимый процесс.
— А есть статистика, сколько замечаний пришло именно от учителей? И со сколькими вы согласились?
—Давайте я вам покажу файл, где собираю комментарии, например к учебнику истории России для 9-го класса. Видите, всего 15 страниц в документе. Вот пример комментария: «Автономия — более актуальное, популярное слово, передающее особенности мягкой российской политики в отношении Украины». Наше решение: «Да, идеологически верно звучит». «"Реаннексия" — непонятное школьнику слово, надо заменить на "повторный захват"» — да, согласны. А вот рецензенту не понравилось, что Польское восстание 1830 года мы называем и восстанием, и мятежом. Но это вполне уместно, ведь восстание началось с мятежа.
Откроем другой файл — с замечаниями для учебника 8-го класса, он побольше, 26 страниц. Но какие это замечания? Вот пишет рецензент: «Во фразе "К концу XVIII века изменится…" надо поменять на "изменилось"». То есть стилистическое уточнение. «"Создание Российской империи" — некорректно так писать» — согласны, не создание, а «провозглашение Российской империи».
Этот процесс в хорошем смысле бесконечен, потому что всегда будут замечания второго порядка, третьего, четвертого. Кто-то предложит поменять иллюстрацию, кто-то сочтет нужным переформулировать вопрос к параграфу. Но я вам скажу со всей ответственностью: фактологических ошибок в учебниках не было обнаружено.
— Но про них упомянул Александр Чубарьян в комментарии НСН: «В основном педагоги отмечают фактологические неточности. Предположим, указан год какого-то события, а оказывается, что оно произошло на год раньше или позже. Или сказано, что такой-то персонаж был там-то, а выясняется, что еще и в другом месте»…
— Смотрите, что имел в виду Александр Оганович. Вот иллюстрация из нашего учебника истории Древнего мира — фотография античного бюста с подписью «Архимед». Оказалось, что это на самом деле спартанский царь Архидам. Издательство купило иллюстрацию в фотобанке, где десятилетиями сохранялась, а затем в изданиях тиражировалась ошибка. Внимательный педагог нам на это указал, мы его поблагодарили и в новом издании иллюстрацию заменили. Серьезная ли это ошибка? На самом деле визуально вы никогда не отличите Архимеда от Архидама, потому что изображения людей у античных скульпторов, собственно, типовые. Хотя, конечно, таких неточностей следует избегать.
Фото: Издательство «Просвещение»
Фото: Diomedia
«ЕГЭ по истории требует достаточно серьезной перенастройки»
— Хорошо, а ошибки с датировкой были?
— Вот пример с датировками. Какая дата образования древнерусского государства? Учителя говорят: «У нас в ЕГЭ правильный ответ — 882-ой год». Но правильным ответом будет и 860-й год, и 862-й, и да, 882-й. Разные исторические школы, разные подходы… Такова уж наука история: если ты можешь обосновать, почему это именно 862-й год, ты прав. Например, потому, что это легендарная дата призвания Рюрика. И памятник тысячелетию Руси в Великом Новгороде был установлен в 1862 году, и 1150-летие российской государственности мы по указу президента отмечали в 2012-м.
А 882-й год, как указано на ЕГЭ,— это захват Киева Вещим Олегом. Тоже есть обоснование. Но ни та, ни другая дата не являются ошибкой.
— На ЕГЭ другая дата будет считаться ошибкой.
— Это проблема ЕГЭ, да, и здесь есть о чем подумать. ЕГЭ по гуманитарным предметам — в данном случае по истории — требует достаточно серьезной перенастройки. Мы с коллегами из Рособрнадзора этим сейчас занимаемся. Потому что для подобных вопросов нет механического и «единственно верного» ответа. Невозможно только через тестирование замерить глубину не только формального знания, но и понимания истории.
— И на конференции это удивляло учителей — что учебник в том числе готовит детей к экзамену, но при этом не согласован с экзаменом по некоторым моментам.
— Скорее это экзамен не поспевает за учебником. Он будет перенастроен. Экзамен в конечном счете — это только проверка знаний.
— Экзамен будет перенастроен в будущем, а что делать тем, кто сейчас готовится его сдавать?
— Система оценки, вопросы и задания уже перенастраиваются, это произойдет в течение года-двух.
— Но дети в течение этого года или двух будут сдавать экзамены. И получается, что из учебника они запомнили одно, а на экзамене у них спрашивают другое.
— Есть апелляции, есть разные способы доказать свою точку зрения… Это сложный и правильный вопрос. Но ЕГЭ, да простят меня читатели, вторичен по отношению к содержанию учебного предмета.
Если бы мы сначала поменяли систему аттестации, а только после этого учебники, был бы такой же временной зазор. Это в некоторой степени издержки переходного периода.
«Мы не ждем, пока изменится ФГОС»
— Есть схожая претензия. На конференции учительница сказала, что учебник для 8-го класса расходится с федеральной программой. В учебнике несколько параграфов посвящены Северной войне, а программа отводит только полтора урока на всю внешнюю политику государства того периода. Из обсуждения стало понятно, что подобных несоответствий довольно много. И мне непонятно, как такое вообще возможно, если существует федеральная программа по истории. Получается, авторы учебника не опирались на нее?
— Хороший вопрос. Из разряда «что первично — яйцо или курица?»
— Да, но программа уже существовала на момент написания учебника, то есть яйцо было в наличии.
— Программа требует доработки. Когда создавался учебник для 10–11-х классов, то в программу достаточно оперативно вносили изменения для соответствия с учебниками. В программу 5–9-х классов изменения также вносились, процесс продолжается. Это полномочия Минпросвещения.
По-хорошему, конечно, сначала должна быть разработана программа, а потом в соответствии с ней должен быть подготовлен учебник. Но программу тоже ведь делали люди, есть спорные моменты, в ходе подготовки учебников они выявляются и исправляются.
Например, в программе события 1917–1922 годов названы Великой Российской революцией: февраль, октябрь и гражданская война. Но мы этот термин используем только в начале. А потом, начиная с пятого параграфа, слово «Великая» убираем. Почему? Потому что «Великая» подразумевает позитивную коннотацию. Это советская историография решила, что все связанное со сменой формации и победой революционного класса является великим. И мы в учебнике объясняем свою позицию.
«В исторической науке закрепился термин "Великая Российская Революция" по аналогии с прежним названием октябрьских событий 1917 г. (Великая Октябрьская социалистическая революция). Революция в России действительно оказала огромное влияние как на развитие нашей страны, так и на все последующие общемировые процессы. В этом отношении оценка ряда историков может быть обоснована. Однако последствия революционных событий 1917–1922 гг. стали и трагическими: слом традиционного жизненного уклада, разруха, голод, гибель и эмиграция миллионов сограждан; самое страшное — последовавшая беспощадная братоубийственная Гражданская война. Поскольку значение слова "великая" в русском языке обычно подразумевает положительную оценку, далее в тексте учебника используется термин "Российская революция"».
Да, такое различие в какой-то степени усложняет, наверное, преподавание истории. Но оно полезно для формирования критического мышления. И мы не ждем, пока изменится ФГОС, этот момент уже учтен в учебнике.
Фотогалерея
Октябрьская революция
Фото: ЦГАКФД СССР / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: МАММ / МДФ
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Яков Штейнберг / МАММ / МДФ
Фото: МАММ / МДФ
Фото: Яков Штейнберг / МАММ / МДФ
Фото: МАММ / МДФ
Фото: МАММ / МДФ
Фото: Фотоархив журнала "Огонёк"
Фото: wikimedia
Фото: ТАСС
Фото: МАММ / МДФ
Фото: П. Оцуп / Фотоархив журнала "Огонёк"
Фото: РИА Новости
Фото: Фотохроника ТАСС
Фото: МАММ / МДФ
Фото: wikimedia
— То есть если программа не соответствует учебнику, тем хуже для программы.
— Появление новой государственной линейки учебников истории в любом случае влечет за собой изменения. Изменения в системе итоговой аттестации ОГЭ/ЕГЭ, в образовательных стандартах и программах. В конечном счете наступит момент, когда больше не будет никаких противоречий и все будет всему соответствовать.
Понимаете, в чем еще дело... Учебники истории никого, кроме учителей и учеников, особенно не интересовали — до появления единой государственной линейки. А теперь к ним приковано огромное общественное внимание. И я думаю, что это хорошо, когда не только ученики и учителя открывают учебник и начинают его читать. Главное, чтобы люди его действительно прочитали, а не формировали свое мнение по заголовкам из источников второго или третьего порядка.
— Давайте попробуем взглянуть на ситуацию глазами обычного родителя, который далек от вопросов истории. Что он видит? Что учебники были написаны очень быстро — как вы сказали, буквально за несколько месяцев. Он видит, что в них есть расхождения с ЕГЭ, пусть и не критические. Он видит, что есть расхождения с учебной программой. А потом ему говорят: «Ничего страшного, учебник будет дорабатываться». Логично, что обычный родитель возмутится и скажет: «Вы мне какой-то полуфабрикат подсунули. Можно было подождать пару лет, сделать учебник получше, а так мой ребенок будет учиться и сдавать ЕГЭ по какому-то недоработанному учебнику»…
— Если ребенок готовится сдавать этот ЕГЭ по своему выбору, значит, он уже серьезно занимается историей. Он может использовать дополнительные материалы, посмотреть видеолекции, задать вопрос учителю. Может даже взять в библиотеке старые учебники и сопоставить их с новой линейкой. Проблем из-за учебника у такого ученика не будет. Все эти шероховатости — процитирую самого себя — заметит только очень пристальный взгляд.
Первое издание государственной линейки не является «полуфабрикатом». Более того, именно первое издание будет в школах еще три-четыре года или даже пять лет. Потому что нет никакой необходимости заявлять: «Мы передумали, мы сделали другие учебники, получше, а эти выкидывайте». Второе издание будет доступно в электронном виде. А печатную версию школы будут постепенно докупать, если, например, у них увеличилось число учеников или книги истрепались.
«Не ради денег это делается»
— Не могу не затронуть еще вот какой вопрос. В соцсетях предполагают, что каждое новое издание учебника приносит авторам новые гонорары, и ради этого, мол, все и делается...
— Ну да, любимая тема. Что ж, давайте посмотрим, как все было устроено раньше. Издательство выкупало права у титульных авторов или у редакторов. И за каждый тираж им платили так называемые роялти, процент от стоимости тиража. Авторы могли получать 10–15%, причем учебники тогда стоили намного дороже, да еще и дробились на несколько частей.
Теперь права на учебник принадлежат государству. Право на их тиражирование выиграло издательство «Просвещение» — как они говорят, предложили достаточно низкую для них цену, от 208 до 300 руб. за том. Вы давно в книжном видели книги по такой цене? Причем это полноцвет, в твердой обложке.
И размер роялти — причем юридически это уже не оно — для авторов государственного учебника в четыре-пять раз ниже, чем раньше. Я не могу вам назвать абсолютные цифры, но это единицы процентов. Для примера возьмем учебник «История древнего мира» — по-моему, у него 250 руб. отпускная цена издательства с учетом доставки. Тираж учебника примерно 1,5 млн, получается стоимость 375 млн руб. на всю страну. Один процент от этой суммы — 3,75 млн руб., вот вам и размер роялти. Причем этот учебник в следующий раз переиздается через пять лет.
— И как делятся эти 3,75 млн?
— Это уже коммерческая тайна.
— Но их не один человек получает?
— Разумеется. Так что не ради денег это делается. Конечно, хорошо было бы издать учебник и «всю жизнь получать гонорар», как в одной песне поется. Но такого нет.
В администрации президента считают, что государство обязано донести до школьников свою точку зрения на историю
Фото: Михаил Гребенщиков, Коммерсантъ
В администрации президента считают, что государство обязано донести до школьников свою точку зрения на историю
Фото: Михаил Гребенщиков, Коммерсантъ
«У нас нет другой истории»
— Давайте теперь поговорим о содержании учебника. Его с момента выхода сильно критикуют…
— Первые учебники — для 10–11-х классов — искренне и яростно критиковали только иноагенты. Была такая волна от них в 2023 году, очень сильная. Приятно почитать и послушать. В кои-то веки они сразу поняли, что массовым спекуляциям на исторические темы приходит конец.
— Можно предположить, что «критиковали только иноагенты» потому, что те, кто находился внутри России, боялись критиковать…
— (смеется) Ну нет, почему? Ведь критика бывает разная — бывает истеричная, бывает просто глупая, а бывает конструктивная. Например, есть такой публицист Егор Холмогоров, достаточно известный. Он раскритиковал госучебник для 10-го класса, исходя из собственных мировоззренческих установок. Но раскритиковал в каком смысле? Мол, движение-то правильное, но здесь не дожали, тут не дожали... Мы с ним встретились и предложили сформулировать замечания не для статьи в газете, а в качестве научной рецензии. Он это сделал, мы часть замечаний приняли, внесли изменения ко второму изданию в 2024 году. И учебник 10-го класса у нас в школах уже с замечаниями Холмогорова. Так же получилось с несколькими другими историками, достаточно широко известными.
— Спицын, по-моему, тоже критиковал...
— Евгений Юрьевич, да. Тоже встретились, обсудили — теперь хвалит.
— Еще Клим Жуков...
— Его критику я не помню, к сожалению. Но это вопрос кликбейта: блогер видит хайповую тему с потенциально миллионными просмотрами — ну как сюда не подтянуться?
Комментарий Алексея Гончарова
Преподаватель УрФУ, школьный учитель истории:
— Можно как угодно относиться к Мединскому лично, к РВИО и авторскому коллективу новой линейки учебников, но одно игнорировать невозможно. Впервые за все время, что я работаю в школе, авторами было организовано реальное и публичное обсуждение учебников. И не для отчета, вот, дескать, какие мы открытые. Поправки, в том числе и принципиальные, присланные не только узким кругом авторов, но и простыми учителями из глубинки, реально вносятся в учебники. Это всерьез заслуживает уважения.
Учитель истории Алексей Гончаров
Фото: Telegram-канал Алексея Гончарова
Учитель истории Алексей Гончаров
Фото: Telegram-канал Алексея Гончарова
— Я их упоминаю как пример того, что все-таки не только иноагенты критиковали. Не хотелось бы таких обобщений.
— Хорошо, критиковали преимущественно иноагенты, скажем так. Это не какой-то универсальный маркер — «если вы критикуете учебник, значит, вы иноагент». Нет. Мы за любое осмысленное восприятие учебников, но только не когда суть критики сводится к тому, что «нам не нравится, что их написал именно Мединский». Учебники уже третий год уже в школе, мой собственный сын по ним учился. Он задавал вопросы, когда ему что-то было непонятно, мы обсуждали это дома. В целом восприятие позитивное.
— Много было у него вопросов?
— В 2022 году было много вопросов. В 2023-м уже поменьше.
Единый учебник дает необходимый базис общегражданской идентичности. У нас нет другой истории, как у каждого из нас нет и не может быть других родителей. Ты можешь задумываться, ты можешь — и должен — задавать вопросы. Но если ты начинаешь ненавидеть и презирать историю собственной страны, то у тебя нет будущего как у ее гражданина. Госучебник 11-го класса оканчивается четверостишием Пушкина: «Два чувства дивно близки нам, в них обретает сердце пищу: любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам». Собственно, в этом весь идеологический контекст линейки учебников — с уважением и любовью относиться к прошлому своего отечества.
Государственный учебник написан по принципу «наша история единая и неделимая»
Фото: Егор Снетков, Коммерсантъ
Государственный учебник написан по принципу «наша история единая и неделимая»
Фото: Егор Снетков, Коммерсантъ
«Наша история — единая и неделимая»
— Мне запомнилось, как на конференции РВИО один из учителей сказал, что учебник истории не только «про историю», а еще и про государственный подход к тому, как мы понимаем самих себя. И продолжил: раз государственный подход к тому, кто мы есть и какими должны быть, поменялся, то неудивительно, мол, что учебники тоже поменялись. Насколько я помню, вы с этим учителем согласились. Тогда расскажите, пожалуйста, кто же мы и какими должны быть? С точки зрения этого самого государственного подхода.
— Хороший вопрос. Мы те же, кто были раньше. Но мы, как многие другие государства и народы, тоже наступали на грабли. Почему в 1917 году так легко взяли и отказались от многовекового наследия? Почему говорили, что «история начинается с нас», а все что было раньше, нужно «снести до основанья»? И в 1991 году эта ошибка повторилась, когда укоренилась мысль, что наши деды все делали неправильно. Мол, а теперь мы будем жить по-новому.
Это не какая-то наша особенность — в истории масса примеров, когда это происходило. Я это называю «синдромом древнеегипетского фараона». В определенный период истории Древнего Египта там были фараоны, которые после прихода к власти уничтожали всякое упоминание о предшественниках, буквально выкалывали глаза их статуям, начинали нулевой год истории с себя. Но потом их самих, как правило, еще быстрее забывали.
Наша история единая и неделимая. И надо понимать: если мы будем повторять мантру, что в «этой стране 12 веков ничего хорошего не было», то у нас действительно ничего хорошего не будет. А если мы будем пытаться разобраться в мотивах действий наших предков, будем пытаться ставить себя на их место, мы многое поймем и о них, и о себе.
Вот буквально вчера у меня была интересная дискуссия с нашими экспертами. Меня спросили, почему в учебнике про депортации репрессированных народов говорится только о 1943–44 годах. И не упоминается про переселение поволжских немцев в 1941-м. Что ж, давайте посмотрим источники. Сначала указ Президиума Верховного Совета, который вышел в 1941 году. Там говорится: есть слухи, что советские немцы ждут прихода гитлеровских войск, возможен самосуд с кровопролитием, во избежание этого давайте их переселим.
А потом обращаемся к документам 1943–1944 годов. Там уже четко говорится: выявлены случаи коллаборационизма представителей таких-то народов, в качестве наказания выселяем их всех. То есть в 1941 году это было сделано во избежание карательных мер, а в 1943-м — действительно, это уже репрессии. И вот именно поэтому переселение немцев в 1941 году не включено в общую периодизацию депортаций репрессированных народов, потому что это не было репрессиями как минимум по формальному признаку.
Это достаточно сложная тема, да. Особенно если кто-то из твоих предков попал под этот молох… Репрессии не подлежат оправданию ни в коем случае. Но надо пытаться понять, почему эти действия были предприняты, чем были вызваны, к каким последствиям привели. Нет никакого сомнения, что они осуждаются современным российским законодательством и человеческой моралью. В госучебнике нет никакого «возвеличивания» Сталина, как некоторые иноагенты писали.
Фотогалерея
Фото: Автор неизвестен
Фото: Wikipedia
Фото: Петр Оцуп / Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: РИА НОВОСТИ
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: РИА НОВОСТИ
Фото: Автор неизвестен
Фото: Harvard College Library
Фото: ТАСС
Фото: Karelian State Regional Museum
Фото: ТАСС
Фото: Central Russian Film and Photo Archive
Фото: Военно-исторический журнал
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: AP
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Wikipedia
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Я. Рюмкин / Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Кстати, вот тоже важное нововведение. Впервые в учебнике 10-го класса дана биография Сталина, его роль в истории. В девяностые, да и раньше, получалось, что в Великой Отечественной войне советский народ победил без Верховного главнокомандующего. Даже, мол, вопреки ему. Стыдливо его прятали. А мы не стали прятать. И к врезке о нем не поступило ни одного замечания ни от каких политических сил.
«Объединив со временем государственное и военное руководство в стране в одном лице, Сталин несет личную ответственность за произвол и беззакония, репрессии в армии, разведке и госбезопасности в предвоенное время, ошибки на начальном этапе войны; за последовавшие за этим поражения и потери. Ответственность за жестокую депортацию целых народов: от немцев Поволжья до некоторых народов Кавказа и Крыма. Но такова непростая диалектика истории, и он же — Сталин — по праву входит в число главных творцов Победы. Как председатель ГКО, именно он сыграл главную роль в соединении усилий фронта и тыла, системно подходя к решению военно-политических, экономических, социальных вопросов и задач. Как Верховный Главнокомандующий, Сталин принимал личное участие в разработке всех стратегических операций Красной Армии, умел извлекать уроки из ошибок, выбирать и продвигать талантливых военачальников, инженеров, конструкторов и руководителей промышленности. В ходе войны он обобщал и извлекал уроки из опыта военных действий и со временем стал, по словам маршала Жукова, "Достойным Верховным Главнокомандующим".
Сталин сумел наладить полезное для нашей страны и для общего дела сотрудничество с лидерами государств-союзников — Великобритании и США. Ему принадлежит заслуга дипломатического закрепления результатов Победы, резкого усиления международного влияния СССР.
Вместе с тем важно понимать главное. То, что главным источником Победы СССР в войне стало беспрецедентное мужество и героизм советских людей на фронте и в тылу. (выделено в учебнике.— “Ъ”). Итогом этой борьбы стало избавление не только СССР, но и всего человечества от угрозы фашистского порабощения».
В истории мало что бывает черно-белым на самом деле. Всегда есть оттенки. Поэтому мы — за объективное и взвешенное отношение к истории, в том числе к таким противоречивым личностям, как Сталин.
Фотогалерея
История развенчания культа личности Сталина
Фото: П.Вознесенский / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: А.Новиков / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Кислов М. / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Т.Петрушев / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Г. Зельм / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: С. Коротков /Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонек»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: М.Савин / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: И. Теркель / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: И.Н.Суров (Сыктывкар) / Фотосоюз / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Денис Щегловский / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Фотоархив журнала «Огонёк»
— А Берия у вас указан в числе маршалов Победы?
— Нет, Берия же не реабилитирован. Но в параграфах о репрессиях его фамилия называется, и про его роль в атомном проекте тоже говорится.
— Просто вы говорили, что заслуги Сталина стыдливо замалчивались, поэтому возникает вопрос про Берию…
— Ну, здесь чисто юридическая сторона вопроса. Берия не реабилитирован, и по моему внутреннему ощущению, вряд ли когда-либо будет. А Сталина при жизни никто не судил. Это уже после его смерти на XX съезде КПСС начались развенчание культа личности и бесконечные дискуссии, которые продолжаются до сегодняшнего дня.
— Тогда продолжим обсуждать, «кто мы и какими должны быть» — согласно авторам учебника. Итак, «мы любим свою историю, мы не отрицаем ее», а что еще?
— Мы не лакируем и не прячем сложные страницы истории, а формулируем вопросы, на которые каждый должен попытаться дать самостоятельный ответ. Стремимся разобраться и в проблемных моментах, не замалчивать их. Но и не стыдимся гордиться нашей историей, и нам за очень многое есть чем гордиться. Мы, как ответственные люди, должны с уважением относиться и к своим родителям, и к могилам предков. Других у нас нет и никогда не будет. И мы должны строить свое будущее, исходя из имеющегося опыта. Вот и все.
— Мне сейчас вспомнился вопрос к вам от одного учителя-блогера. По его словам, школьники не понимают, почему в разделе про князя Владимира не написано, что тот убил брата и что-то нехорошее сделал с Рогнедой. Это не лакировка истории?
— Нет. Понятно, что любого ребенка привлекают исторические «вкусности», какие-то таинственные вещи, яркие события и личности. Но всегда надо помнить про уровень восприятия. Если мы в шестом классе рассказываем о князе Владимире как о братоубийце, то у детей именно это останется в памяти, а вовсе не то, что он крестил Русь. Междоусобные войны, войны между родственниками — это обычная практика для средневековых государств. Не только нашего — всех. Так было принято. И то главное, что сделал князь Владимир, связано вовсе не с этими моментами его биографии — негативными с позиции нашего сегодняшнего дня. Не было бы древнерусского государства, если бы не выбор Владимиром православия.
— И вы думаете, что эту сложность личности князя Владимира нельзя объяснить в шестом классе?
— Можно попробовать, почему нет, если так решит учитель. Я понимаю, что хочется рассказать все обо всех. Слишком насыщенная и интересная у нас история. Сокращение текста — вечная причина для дискуссий с авторами. Но что поделать, если и место в учебнике, и время урока ограничены.
Поверьте, у нас нет стремления создать какой-то миф о Владимире. Никто не запрещает пользоваться дополнительными источниками. Если учитель глубоко знает тему и смог донести до детей основное содержание, то они могут обсудить, почему братоубийство и междоусобица были обычными явлениями для того времени. И почему в былинах Владимира называют Красно Солнышко, а не «братоубийца».
— В том же разговоре с учителем вы высказали утверждение, что летописец Нестор выполнял социальный заказ. Возможно, и те, кто дал Владимиру имя Красно Солнышко, тоже выполняли определенный заказ. А те, кто называл его братоубийцей, их подход до нашего времени не дошел…
— Ну и слава Богу. Но, скорее всего, было не так. Скорее всего, Нестору и его коллегам было понятно, что в данном случае принципиально, а что второстепенно. К тому же не будем забывать, что до принятия крещения Владимир был язычником с совсем иными нормами морали. Не будем судить предков сегодняшней меркой нашего постзнания.
Знаете, чем историк отличается от биолога? Биолог, препарирующий лягушку, не обязан ничего к ней испытывать. Он исследует нервные окончания, строение внутренних органов, а сама лягушка ему неинтересна. С историей так не получается — ты не можешь быть равнодушным. Любой историк испытывает какие-то эмоции, например эмпатию или неприязнь к тому или иному историческому деятелю. Так зачем это отрицать? Зачем стараться казаться стерильно нейтральным? Нестор выполнял социальный заказ, да, но у него не было при этом внутреннего противоречия. Он не считал, что делает что-то плохое. Точно так же, как вы работаете в газете: у вас же нет ощущения, что вы вредите людям? Если вы не согласны с политикой редакции, то просто встаете и уходите работать в другую газету. А если она совпадает с вашими внутренними убеждениями, то что в этом плохого?
История постепенно становится одним из самых главных школьных предметов в России
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
История постепенно становится одним из самых главных школьных предметов в России
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
«Последние десятилетия еще не успели стать историей»
— Хочу спросить про новые подходы к старым событиям. Раньше в учебниках говорилось «воссоединение с Украиной», а теперь это стал «договор с Войском Запорожским». Как происходит такое переосмысление истории?
— Учебник — это не научная монография. Он всегда исходит из сформировавшегося исторического знания, которое является устоявшимся для большинства специалистов. Учебник всегда консервативен. Но мнение специалистов тоже может меняться. Был устойчивый миф, который назывался «воссоединение Украины с Россией в 1654 году». Точно известно, когда он появился: в 1954 году, когда Хрущев после смерти Сталина пришел к власти и искал поддержки у элит, выражаясь современным языком. Позиция ЦК Компартии Украины — крупнейшей и наиболее мощной из республиканских компартий СССР, конечно, мощный ресурс. Отсюда, кстати, и мотивы передачи Крыма в УССР.
Историки часто шутят, что на самом деле движущая сила истории — это, мол, не борьба классов, а юбилеи. Мы вспоминаем о том или ином историческом событии, когда приближается очередная круглая дата: тут же начинают снимать фильмы, запускают научные исследования... А тут была «наикруглейшая» дата — 300 лет Переяславской Раде. Страна год назад пережила смерть вождя, и нашлось нечто скрепляющее — «Россия и Украина как две сестры».
Академия наук СССР тогда издала сборник документов, посвященный Переяславской Раде. Мы открываем его и удивляемся: почему там все документы на украинском языке? Оказывается, академия получила задание перевести их на украинский язык и в таком виде опубликовать, как будто это первоисточник. Это самая настоящая фальсификация, потому что украинского языка в середине XVII века просто-напросто не существовало. Но самое главное, чего не существовало,— равносубъектности России и запорожских казаков. Там и границ-то четких не было, потому что Войско Запорожское — не государственное образование. Но в 1954 году для поддержки Хрущева появился политический миф о «воссоединении Украины с Россией», и дальше стал тиражироваться из учебника в учебник.
Нет никакой необходимости продолжать воспроизводить этот миф. Нужно называть вещи своими именами. Это не было воссоединением Украины с Россией, но было — принятием земель Войска Запорожского под руку московского царя. Да, эта конструкция сложнее выглядит. Но она в большей степени отвечает исторической действительности, чем миф про воссоединение.
— Еще кто-то из учителей отметил изменение образа Михаила Горбачева. Мол, раньше он был представлен в учебниках как заложник ситуации, которая уже сложилась к моменту получения им власти. А в новом учебнике он скорее виновник всех последующих событий.
— Это очень, очень упрощенный пересказ учебника... И у нас предлагается ученикам самим его оценить. Есть ведь четкий, понятный, более-менее объективный критерий оценки государственного деятеля — с чем он пришел на начало правления и с чем ушел. Если Горбачев стал главой советской империи, а потом империи не стало,— ставьте оценки сами.
Фотогалерея
Политический путь Михаила Горбачева
Фото: Горбачев-Фонд
Фото: Горбачев-Фонд
Фото: Горбачев-Фонд
Фото: Борис Бабанов / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Reuters
Фото: Владимир Фомин
Фото: Reuters
Фото: Коммерсантъ / Эдди Опп / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Юрий Феклистов / Фотоархив журнала «Огонёк»
Фото: Коммерсантъ / Павел Кассин
Фото: Юрий Абрамочкин / РИА Новости
Фото: Коммерсантъ / Валерий Мельников / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Валерий Мельников / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Валерий Мельников / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Михаил Разуваев
Фото: Коммерсантъ / Сергей Михеев / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Ирина Калашникова / купить фото
Фото: Reuters / BPA / Jesco Denzel / Pool
Фото: Коммерсантъ / Ирина Калашникова
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Духанин / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Петр Кассин / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
— Здесь можно поспорить и сказать, что Ельцин гораздо больше сделал для распада Советского Союза, чем Горбачев. Что Ельцин хотел быть первым в РСФСР и ради этого возглавил республиканское движение против федерального центра. Такая точка зрения тоже есть.
— Если говорить объективно, то последние десятилетия еще не успели стать историей. Должно пройти еще 50–100 лет. Тогда история Горбачева сократится до нескольких абзацев или, наоборот, вырастет в отдельный параграф.
Известно, что в дореволюционной России изучение истории в гимназиях заканчивалось царствованием предыдущего императора. С точки зрения исторической науки это правильно — должно пройти время, взгляд общества на события недавнего прошлого должен устояться. Но с точки зрения воспитания гражданственности и мировоззренческих установок этот принцип сыграл и отрицательную роль. Например, в царствование Николая II в гимназиях не объяснялась первая революция, ни русско-японская война, ни уже идущая вовсю Первая мировая война. Правильно ли это?
— И поэтому второе издание учебника заканчивается встречей Владимира Путина и Дональда Трампа в Анкоридже?
— Да, на уроках истории нужно давать представление о происходящем прямо сейчас. Но мы, повторюсь, не навязываем никаких оценок — предлагаем ученику и учителю делать выводы самим.
Фотогалерея
Переговоры Путина и Трампа на Аляске
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Дмитрий Азаров / купить фото
«История не заканчивается никогда»
— У меня создается впечатление, что непосредственно «история» в учебнике написана только до раздела новейшего времени, а потом начинается нечто вроде «Разговоров о важном»…
— Политинформация?
— Политинформация, объяснения, разъяснения…
— А это плохо?
— Хороший вопрос. Мне кажется, надо, чтобы это честно говорилось. Мол, история заканчивается вот здесь, а дальше идет наш взгляд на текущие события.
— История не заканчивается. И нельзя сделать отсечку, что она закончилась в 1990 году или в 2014-м. История всегда продолжается. Она не заканчивается никогда.
— Это мы в 2022 году все очень хорошо поняли…
— Раздел, посвященный современности, самый маленький в учебнике по объему. И это не случайно. Но надо обязательно давать объяснение того, что происходит прямо сейчас. Тот же Нестор, ведь он писал не только о прошлом. Он записывал и то, что происходило в его время. И мы теперь на основе его записей пытаемся выстроить свои умозаключения.
Мы до сих пор не можем определиться с оценкой событий давно минувших лет. Нет ничего страшного в том, что через 50 или 100 лет наши потомки будут спорить о нас. Единственное, чего хотелось бы, чтобы они не «выкалывали глаза» нам. Хочется верить, что твои потомки будут так же уважительно относиться к твоим могилам, как ты относишься к могилам своих предков.
Возвращаясь к вашему вопросу — мы же все говорим дома с близкими о происходящих сейчас событиях. Вы каждый день пишете о них в «Коммерсанте». Почему же мы не можем дать суть происходящего несколькими абзацами или страницами в учебнике?
Комментарий Анатолия Торкунова
Ректор МГИМО, соавтор единого учебника по истории России:
— Учебник — это живое дело, потому что появляются новые факты. Новые факты могут вызывать новые оценки или какие-либо нюансы в оценках. И поэтому, конечно, мы будем очень внимательно мониторить мнения учеников и учителей и в целом движение исторической науки в части, касающейся всей нашей истории на протяжении веков. Можно заметить, что и в учебниках для шестых-седьмых-восьмых классов появились новые материалы. Главное — чувствовать историю и отражать ее в учебнике для ребят. Ну и конечно, учебник — это очень важный срез патриотического воспитания, потому что истинный гражданин и патриот должен знать историю своего отечества. Не зря Жуковский говорил, что история — царица всех наук.
— А что делать родителям, которые не согласны с точкой зрения господина Мединского на новейшую историю? Раньше у них был выбор, были альтернативные учебники...
— А почему у нас нет альтернативной таблицы умножения?
— Точные науки все-таки отличаются от гуманитарных.
— Понятие «точные науки» нередко критикуется — либо наука, либо нет. Но хорошо: почему гуманитарные науки могут допускать вариативность, а точные, как вы их назвали, нет?
У родителей может быть какая угодно точка зрения, никто не запрещает ее иметь. Они могут беседовать на эту тему со своим ребенком. Они могут сравнивать свою точку зрения с той, что изложена в учебнике. Хотя мы в учебнике стараемся уйти от точек зрения — предлагаем думать самим.
Вот пример: в декабре прошлого года отмечалось 200-летие восстания декабристов. И во втором издании учебника поднят вопрос о том, как с позиций сегодняшнего дня к ним относиться. Потому что в этой теме постоянные шатания: в дореволюционной России это были террористы, цареубийцы, пусть и амнистированные, а в советское время — герои-революционеры. Потом снова развернулись. Как тут учителю поступить? Среди декабристов были герои Отечественной войны 1812 года, как и убитый одним из них Милорадович, военный губернатор Санкт-Петербурга. И декабристы действительно хотели лучшего России. Точно так же, как в гражданскую войну «белые» и «красные» хотели процветания своей стране — в своем представлении о том, какой она должна быть. Но эти представления различались настолько, что люди готовы были убивать друг друга. А в конечном счете — жертвы и те, и другие.
— И что в учебнике говорится про декабристов?
— Вот такой вывод: «Были ли декабристы циничными заговорщиками или искренними патриотами? Романтиками свободы или изменниками, нарушившими присягу? Могли ли они победить, или это кажущееся стихийным выступление было обречено на поражение?
Классический либеральный, а вслед за ним и советский подход заключался в идеализации декабристов. Благородные рыцари, восставшие против удушающего деспотизма. Впоследствии эта оценка сменилась на прямо противоположную: бунтари, заговорщики, террористы, посягнувшие на устои государства. Единого мнения, однозначной оценки в исторической науке нет и сегодня. По истечении 200 с лишним лет утверждать можно лишь следующее. Декабристы были искренними людьми. Ссылка в Сибирь показала их истинные качества и цельность натуры. Они являлись патриотами Отечества, возможно, слишком романтизировав свои идеи. Неудавшееся же восстание стало мощной и долговременной "прививкой" для Николая I от соблазна каких бы то ни было радикальных преобразований. В долгосрочной перспективе это законсервировало многие архаичные черты в экономике и социальном строе российского общества».
Видите, однозначной оценки нет. Но если какой-то родитель считает, что декабристы были террористами,— пожалуйста. История сама все расставляет по местам.
— Но получается, что в ситуации с декабристами допускается вариативность, сложность и глубина. А потом родитель переходит в самые последние разделы учебника…
— А с чем он там может не согласиться? С целями и задачами специальной военной операции?
— Хотя бы.
— Пускай не соглашается. Но даже в этом случае он будет по крайней мере знать точку зрения государства, аргументацию — то, что государство старается до него донести. Вопрос-то в другом: почему вообще в государственной школе и в государственных учебниках должна транслироваться отличная от государственной точка зрения? А чья тогда точка зрения должна быть? Иноагентов? Украинская?
— Тут сразу возникает вопрос, что значит «государственная точка зрения». Ведь государства не существует как конкретного человека. Значит, это точка зрения какой-то группы лиц…
— Государство — это политическая организация общества. У нас бОльшая часть общества организована определенным образом. И вот такова позиция нашей организации общества.
Да, могут существовать и иные точки зрения. Собственно, они всегда существуют. Но еще раз подчеркну: государство не просто имеет право, оно обязано донести до учеников свою точку зрения. Тем более что в школьной системе история — это самый мировоззренческий предмет. Зачем государству давать в учебниках истории альтернативные точки зрения, которые противоречат и политике государства, и ее устоям?
— А почему нет?
— Потому что это невозможно. На уроках химии детей не учат алхимии. То же самое и здесь. Помните, был такой псевдоисторик Фоменко? Он разработал свою систему хронологии исторических событий. Родители вполне могут быть сторонниками Фоменко, но какое место его ложные теории должны занимать в системе образования? (Анатолий Фоменко, род. 1945 — известный математик, академик РАН, лауреат госпремии РФ; широкой публике известен своей концепцией «новой хронологии» исторических событий, которую профессиональные историки отвергают как лженаучную.— “Ъ”)
— Никакого. Но не потому, что они не отвечают позиции государства, а потому, что они не отвечают критериям исторической науки.
— Хорошо, я вам объясню на понятном примере. У газеты «Коммерсантъ» есть редакционная политика? Есть свои правила? Наверняка да. Вот и в государстве тоже есть свои правила.
Авторы учебника истории считают, что курс обществознания нуждается в серьезной переработке
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Авторы учебника истории считают, что курс обществознания нуждается в серьезной переработке
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
— В государстве много граждан, и у каждого есть право иметь свою точку зрения.
— Никто не запрещает ее иметь, но вы говорите о том, что она должна транслироваться в государственном учебнике. Нет, не должна. Более того, там физически нет места для размещения всех этих альтернативных точек зрения на новейшую историю.
Пожалуйста, пускай родители смотрят со своим ребенком ролики где угодно и обсуждают увиденное. Но если ты выбрал экзамен по истории, альтернативные теории там спрашивать никто не будет. В конце концов, ЕГЭ не строится по принципу идентификации лояльности или нелояльности действующему политическому курсу государства. Ты должен знать героев СВО — пожалуйста, выучи их имена из учебника, знай их подвиги и ты тогда сдашь ЕГЭ. А если не выучишь, то не сдашь.
Я вам показывал советский учебник обществознания. Знаете, в чем его самая большая проблема? В 1961 году состоялся XXII съезд КПСС, на котором была принята программа строительства коммунизма к 1980 году. Но коммунизм так и не построили, а напечатанный в 1985 году учебник об этом не рассказывает. И получается, что учебник противоречил тому, что люди видели за окном. Мы должны были построить коммунизм и обогнать весь Запад, а у нас очереди на автомобили и жвачка с джинсами считаются каким-то недоступным материальным благом. Которое почему-то есть у загнивающего Запада, но нет у нас. Учебник ничего этого не разъяснял, а по нему продолжали преподавать. Вот и разрыв.
Собственно, по той же причине стал необходим актуальный курс обществознания. Но это отдельная тема.
— И вы считаете, что раздел учебника о самой новейшей истории соответствует тому, что происходит за окном?
— Конечно. Он объясняет и то, что происходит за окном, и, что еще важнее, почему это происходит именно так. Мне сложно дать оценку, лучше телевизора или газеты «Коммерсантъ» он объясняет или хуже. Но он транслирует государственную точку зрения. Он говорит, что нам всем нужно уважительно относиться к нашим героям. И к тем людям, которые живут на освобожденных и пока не освобожденных территориях. Он закладывает основы понимания геополитики, которые мы будем развивать в обновленном курсе обществознания.
Министр просвещения Сергей Кравцов с учебником обществознания за 9 класс
Фото: Антон Новодерёжкин, Коммерсантъ
Министр просвещения Сергей Кравцов с учебником обществознания за 9 класс
Фото: Антон Новодерёжкин, Коммерсантъ
— Последний вопрос. Ждать ли обязательный ЕГЭ по истории?
— Давайте вспомним главную задачу исторического просвещения. Воспитать гражданина, который любит историю, любит свою страну и транслирует это дальше — через своих детей, через свое окружение. Так вот, на мой субъективный взгляд, любая обязаловка разрушает эту идеалистическую мечту. Поэтому не нужно делать ЕГЭ по истории обязательным для всех школьников. Надо просто «перевернуть пирамидку»: сделать так, чтобы ЕГЭ по истории нужно было сдавать для получения высшего образования в гуманитарной сфере. Если ты хочешь учиться на юриста, на политолога, на журналиста, сдавай не вот это синтетическое обществознание, а экзамен по истории. И ровно такие изменения анонсирует Минобрнауки.
Конечно, здесь тоже есть над чем поработать в части совершенствования государственной итоговой аттестации. Может быть, где-то возможно уйти от тестирования, потому что историю нельзя загнать в машинный способ проверки — ее нужно рассказывать. Вот и министр просвещения Сергей Кравцов заявил, что с 2027/28 учебного года все девятиклассники будут сдавать устный экзамен по истории в формате собеседования как условие допуска к сдаче ОГЭ. Ты выходишь из девятого класса как полноправный член общества, у тебя проверяют знание русского языка и математики. Но ведь ты должен иметь какое-то базовое представление и об истории своей страны. Так что это решение Минпросвещения — очень верное и своевременное.