Урок для всех
Совет по правам человека просит поменять подходы к обучению детей с особенностями
Российской образовательной системе необходимо обратить особое внимание на детей с глухотой, нарушениями речи, дислексией и дисграфией — об этом заявили в президентском Совете по правам человека (СПЧ). Количество таких учеников растет, но большинство педагогов не имеет специальной подготовки для работы с ними, считают в профильной рабочей группе совета. В Минпросвещения утверждают, что процесс обучения учителей давно запущен.
Фото: Марина Молдавская, Коммерсантъ
Фото: Марина Молдавская, Коммерсантъ
Во вторник, 17 марта, в СПЧ обсудили проблему обучения детей с инвалидностью и ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). Директор АНО «Пространство равных возможностей» Игорь Новиков напомнил, что президент Путин еще в феврале 2025 года поручил правительству, детскому омбудсмену и Институту коррекционной педагогики подготовить предложения по совершенствованию системы образования таких детей. «Поручение не выполнено. Насколько мне известно, был подготовлен только один доклад — Института коррекционной педагогики»,— заявил господин Новиков.
По его словам, родители и педагоги находятся «в состоянии крайнего напряжения» из-за ситуации с коррекционным образованием. Эксперт раскритиковал данные Минпросвещения о том, что 68% детей с ОВЗ и инвалидностью «обучаются в рамках так называемого совместного обучения, под которым почему-то понимается инклюзия». Он сослался на исследования профильных НКО: «Три четверти из этих 68% сидят дома, а числятся в классе».
В Минпросвещения заявили “Ъ”, что в прошлом году совместно с рядом госорганов проанализировали систему образования обучающихся с ОВЗ и инвалидностью. Мониторинг показал «увеличение численности» таких учеников «на всех уровнях образования».
По данным ведомства, в 2015/16 учебном году их было около 3,1%, а в 2025/26 учебном году — более 6%. «В случае, если эксперт считает себя более компетентным, чем представители федеральных государственных органов и научной организации, мы готовы к диалогу и обсуждению актуальных вопросов»,— заявили в Минпросвещения.
Говоря о затронутой в поручении проблеме, господин Новиков призвал уделить первоочередное внимание образованию детей с задержкой речевого развития — по его словам, это нарушение все чаще встречается у младшеклассников. Также есть серьезные проблемы с обучением детей с нарушениями слуха. Например, при установке кохлеарных имплантов к ребенку в школе начинают относиться как к слышащему, хотя у него сохраняются нарушения, которые мешают учебному процессу. При этом необходимо «максимально интегрировать глухих в обычную среду» — без этого «сообщество глухих капсулируется, а патология возрастает в популяции».
Ректор Московского педагогического государственного университета (МПГУ) Алексей Лубков заявил, что подготовка дефектологов — ключевая проблема в отечественной коррекционной педагогике. «Сегодня у нас только два университета — наш МПГУ и РГПУ им. А. И. Герцена, где мы можем подготовить кадры более или менее по пяти нозологиям (направлениям.— “Ъ”). Но специалисты выделяют даже не пять, а девять основных нозологий, по которым вообще не готовятся кадры,— сказал он.— Наш Институт коррекционной педагогики — слабый, прямо скажем. Нужна специальная программа по этому делу».
Член СПЧ Екатерина Сморода добавила, что дети зачастую приходят в школу здоровыми, а выходят из нее с патологиями.
«Миграция из первой, второй, третьей, четвертой группы здоровья в пятую — глубокая, она просто катастрофическая,— сказала госпожа Сморода.— Кабинеты здоровья в школах у нас не работают, медицинских кабинетов нет, медицинских кадров в школе нет. Одна медсестра может до 2 тыс. обучающихся обслуживать и еще быть закрепленной за тремя-четырьмя образовательными организациями. Детское здоровье просто-напросто утрачивается, чуть ли не инвалида получаем к 18-летнему возрасту». Сопредседатель Всероссийского союза общественных объединений пациентов Ян Власов добавил, что он с 2014 года регулярно обращается в Госдуму по вопросу закона о школьной медицине: «Каждый год они игнорируют в прямом смысле. А школьная медицина должна быть. Одна медсестра на 2 тыс. учеников — это еще хорошо, а бывает, что и на 5 тыс.».
Член СПЧ Наталья Кравченко обратила внимание на детей с дислексией и дисграфией. «Проблема носит массовый характер, большой процент таких детей в школах. Если у ребенка не распознать эти проблемы, то он становится троечником, неудачником,— сказала она.— Элемент повышения грамотности у педагогов в этом месте может радикально изменить развитие этих детей». Впрочем, Минпросвещения заявило “Ъ”, что в стране стало больше педагогов, прошедших подготовку для работы с детьми с ОВЗ: в 2023 году их было 141,8 тыс., а в 2025 году — уже 175,2 тыс.
По итогам заседания члены СПЧ договорились собрать предложения и обсудить их осенью на конференции в МПГУ.