Неудачам подбирают страховку

ВЭБ.РФ ищет механизмы кредитования высокорисковых технологических проектов

Актуальной задачей для ВЭБ.РФ глава госкорпорации Игорь Шувалов назвал поиск механизмов кредитования проектов технологического лидерства. Как отметил он на парламентских слушаниях в Совфеде, группа ВЭБ.РФ научилась неплохо работать с «традиционной» повесткой, но новое направление связано с более высоким риском, поэтому требуется переформатирование моделей работы. У кредитных организаций нет аппетита к выдаче технологическим проектам заемных средств из-за риска возможных дефолтов, пояснил глава ВЭБа. На фоне этого власти пытаются активизировать бизнес инвестировать в науку, перестраивая действующие меры поддержки.

Глава ВЭБ.РФ Игорь Шувалов на парламентских слушаниях заявил о необходимости найти способы надежного финансирования рискованного технологического поиска

Глава ВЭБ.РФ Игорь Шувалов на парламентских слушаниях заявил о необходимости найти способы надежного финансирования рискованного технологического поиска

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Глава ВЭБ.РФ Игорь Шувалов на парламентских слушаниях заявил о необходимости найти способы надежного финансирования рискованного технологического поиска

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Кредитование проектов технологического лидерства — это, напомним, инициативы по переходу РФ на развитие собственных технологий, а не просто производств, они связаны с более высоким риском по сравнению с традиционными инвестпроектами,— требует новых подходов к оценке и распределению рисков. Разработкой таких механизмов сейчас и занят ВЭБ, рассказал глава госкорпорации Игорь Шувалов на парламентских слушаниях 19 февраля. Так, по его словам, повестку, связанную с экспортом, малым и средним бизнесом, крупными индустриальными проектами, городской экономикой, за последние годы в ВЭБе и других организациях «научились делать неплохо», формируя «хороший, надежный кредитный портфель». Обеспечивать же технологическое лидерство оказалось не так просто — из-за опасений в отношении выдачи заемных средств, признал господин Шувалов.

Глава госкорпорации пояснил, что надо предоставлять кредитные ресурсы в условиях, когда нет продукта и неизвестна реакция рынка на итоги проекта. «А все инструменты построены так, что выдать, например, денежные средства из федерального бюджета невозвратные мы знаем как»,— сказал он.

Вопрос в том, как обеспечить финансирование через кредитные механизмы, посчитав риски, и кто эти риски в случае их реализации закроет, отметил Игорь Шувалов.

В случае с институтами развития существует только один источник — федеральный бюджет, а значит, в случае дефолта с них постоянно будут спрашивать, почему его допустили.

«Скорее всего, будем просить Совет федерации и Госдуму о поддержке определенных законодательных инициатив»,— отметил глава ВЭБ.РФ. По его словам, госкорпорация уже обсуждала с Минэкономики поправки к Гражданскому кодексу, регулирующие вопрос о компенсации в случае отказа одной из сторон от договора. Речь идет о так называемом принципе «бери или плати» — бизнес, заключая между собой различные договоры, например подряда или оказания услуг, может предусмотреть определенную денежную выплату в случае отказа заказчика от договора. В частности, такие компенсации могут использоваться в договорах продажи «будущих вещей», то есть тех, которые еще только проектируются (высокотехнологичная продукция с длительным циклом разработки и производства). Предполагается, что изменения сделают договоры более привлекательными для банков — это даст компаниям ликвидность на выполнение заказов (см. “Ъ” от 10 февраля).

Поясним, контекст этого обсуждения — вовлечение в технологические проекты бизнеса и поиск для них финансирования по приемлемой цене. Задача по стимулированию расходов бизнеса на науку стоит перед властями давно, но пропорции стабильны — на бизнес приходится лишь около трети таких затрат. Так, в 2024 году (последние имеющиеся данные), по расчету Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, на предпринимательский сектор пришлось лишь 32,2% в структуре внутренних затрат на исследования и разработки, на государство — 65%. Среди предлагаемых мер стимулирования НИОКР — налоговые льготы и, в частности, как отметил на заседании первый замглавы Минэкономики Максим Колесников, «переосмысление» текущих льготных режимов. Одно из предложений, как писал “Ъ” ранее,— скорректировать действующий механизм сокращения налога на прибыль за счет НИОКР: в нынешнем его виде он непривлекателен для компаний — получить льготу можно лишь после завершения работ. Чтобы преференции имели эффект, Минэкономики предложило разрешить компаниям вычитать траты на НИОКР в текущих периодах без привязки к окончанию работ или их этапов, а за «бонусной» частью обращаться по завершении работ.

Наряду с тезисом об опасности кредитования высокорисковых проектов Игорь Шувалов заявил, что «предприниматели должны больше зарабатывать и понимать, что их будущий заработок зависит от аппетита к риску».

Впрочем, как заметил глава ВЭБа, он все больше сокращается. «Необходимы новые подходы. Необходимо смелее относиться к использованию заемных средств. Для этого предприниматели и кредитные организации должны быть уверены, что невозврат кредита по уважительной причине не будет грозить им уголовным разбирательством»,— сказал он.

Венера Петрова